Пограничные состояния и пограничные эпохи всегда интересны. Но не для обывателей, которые пытаются выбраться из-под обломков, а для кабинетных крыс, копошащихся в чужой жизни, в чужих событиях, в чужих решениях. Это они стараются решать глобальные проблемы постфактум, локально, в одиночку и только во время рабочего дня. И именно они пытаются будоражить плебейское болото новыми отвлекающими и неправдоподобными идеологемами и экономическими выкладками.
Новый век подарил новые вопросы. Демонтаж старой системы поднял на поверхность риторический вопрос: «А сможет ли мир выжить без явного и глобального лидера?»
Странный вопрос, который всерьез начинают обсуждать на страницах мировой прессы. Во всяком случае, аналитиками, находящимися на стороне нынешних хозяев положения.
Ответ банален и прост: «Нет!»
Политическая карта мира состоит из сообществ, а члены сообществ априори не равны. Это не вина политиков, это вина биологии.
Давайте кратко посмотрим на историю человечества. Во всяком случае — общепринятую.
Не было ни одного отрезка времени, когда бы какая-нибудь нация, страна или империя не доминировали бы в мировых процессах. Не только силой, но и культурой, идеологией, религией, экономическим укладом, стилем и т.д.
Как только что-либо из перечисленного исчезало из облика властителя, он тут же низвергался соперниками.
Древний Египет, Междуречье, Македония, Рим, Персия, Византия, Арабы, Орда, Испания, Англия, Франция, Европа и т.д.
Менялся мир – менялся лидер. Но лидерство оставалось величиной постоянной.
Начало двадцать первого века объявило обратный отсчет могущества США. Естественно, только в головах небольшой, но могучей кучки западных пессимистов и восточных оптимистов.
А что, мир изменился? У нас появился новая религия, новый социальный уклад, новое мерило ценности, новое сословие, социум пережил военный конфликт, мы открыли новые миры, может быть, мы переселились на другие планеты. Ответы очевидны. Все вернулось и остановилось.
Так почему же должен появиться новый лидер. Точнее так — он появиться, но не сейчас. Выводы о так называемой потере влияния Соединенных Штатов и вакууме всемирной власти слишком скоропалительны.
Я уже писал, что американское проникновение слишком глобально и не исчезнет только из-за финансовых неурядиц. Тем более, что процесс появления кризисов в нынешних условиях управляем. Управляем страной, где собранны лучшие мозги, хозяином печатного станка по производству «бумажного золота». Именно отсюда расходятся новые решения и проекты в телекоммуникации, науке, медицине, массовой культуре и т.д.
Соединенные Штаты Америки – лидер визуальный. Реальным лидером уже лет 600 является западный этнический конгломерат. США выделились только после Второй мировой. До этого были Испания, Англия, Франция, Нидерланды, Швеция, Германия.
Краткая история возвышения на основе экономических решений
Для процветания мировой экономике всегда нужны лидеры. Экономика хорошо работала в конце XIX века, благодаря доминированию Британской империи. Технологии бурно развивались, население росло, сбережения были высоки и использовались для инвестиций. Британские колонии, наряду с США, были рынком сбыта продукции британской промышленности, взамен поставляя сырье. Что же касается Европы, то у немецкой промышленности был рынок сбыта в периферийных странах на юге континента.
Но две мировые войны за 31 год обескровили Британию, оставив ей минимальное влияние на новый международный экономический и монетарный порядок, установленный американскими политическими руководителями в середине 1940-х годов. Конечно, не только Британию, но и Германию и СССР и других участников мировой бойни.
Конференция, на которой были созданы Международный валютный фонд, Всемирный банк и то, что сегодня называют Всемирной торговой организацией, проходила в Нью-Гэмпшире в отеле горного курортного местечка Бреттон-Вудс. Там присутствовали представители сорока четырех стран, однако сценарий этого шоу с начала до самого конца был написан Соединенными Штатами, которые в то время владели двумя третями мирового золотого запаса. Так США получили переходное знамя мирового управленца.
Что произошло потом – всем известный факт. Из двух условных социальных полюсов остался один. И сейчас все застыли в ожидании очередной смены полярности.
Но без страшных потрясений мир не меняется. На легкую трансформацию не стоит надеяться. Никому и никогда.
Конечно, все сошлись во мнении о необходимости появления единого глобального центра принятия решений, которые бы выполнялись главными игроками мировой экономики. Для начала.
Все находятся в поиске нового «гегемона», который как и США после Второй мировой войны заставит страны сотрудничать между собой ради их же и своего блага. Все сходятся в одном – их проблемы должен решать кто-то другой.
Китай вряд ли сможет занять место Америки. Влиятельные промышленные и политические круги привязывают Китай к инвестиционной стратегии, в которой основное внимание уделяется ориентированной на экспорт промышленности, а не внутреннему спросу. А это, в свою очередь, мешает восстановлению глобального равновесия, которое необходимо для поддержания долговременного роста. О том, почему Китай не сможет занять лидирующие позиции, я описал в статье «Добровольные рабы Запада».
Россия? ...Это невозможно тоже по многим причинам. Россия всегда опиралась только на военную мощь, территорию, человеческую удаль и блажь. Кратковременно это работало, но для долгосрочных перспектив план сомнителен. Экономика всегда была слабой точкой Российской империи, СССР, а теперь и России. Но это еще не все. Постоянное копирование западного опыта, часто уже устаревшего, интегрирование и преклонение перед «цивилизованными» ценностями: одежда, архитектура, музыка, язык, кино, отношения. Прислушивание к заморским учителям и их советам.
С самого начала, с объявления себя «Третьим Римом», российская государственность обрекла себя на вечные «догонялки» и вечное опоздание. Даже социалистический эксперимент, где одна шестая часть суши смогла, наконец, выбиться в авангард человечества, был придуман тоже на западе.
Только в религии, Россия постоянна и непоколебима.
Мы не удержали позиции, когда были сильны, а сейчас перед нами стоит задача сохранения своей идентичности. Это касается не только России, но и Украины, Беларуси, Казахстана и других осколков истории. Нам нужно наращивать экономическую мощь и только тогда мы сможем на что-то претендовать. Но для этого необходимо жить своим умом и своими интересами.
Кто на очереди.
Индия – однозначно нет.
Изнеженный нефтью восток. Только в качестве авангарда правоверных (правда, уже готовых предать своих единоверных братьев в обмен на дорожающую нефть).
Евросоюз или Германия, как экономический локомотив. Вариант правдоподобен, но слишком долгосрочен. Государства в 1999 году запустившие валютный союз Европы, были уверенны в том, что экономическое сближение между сильными и слабыми членами еврозоны произойдет благодаря какому-то благотворному саморегулирующемуся процессу. В действительности же дисбаланс нарастал, потому что в Германии увеличивалось положительное сальдо торгового баланса, и она наращивала свои конкурентные преимущества над другими странами, особенно из зоны Средиземноморья. Нынешняя Европа социально, ментально, экономически не монолитна. Да и желающих побороться, что-то не наблюдается.
Также не попадают в список претендентов Япония, Африканский континент, Латинская Америка.
Поэтому пока лидерство остается у янки. А Имя будущего гегемона, будь то Америка, Китай, Евразия, СНГ или Мировое правительство, так или иначе, станет известным. Или нам или нашим потомкам.
Не обольщайтесь – без лидера мир не останется. Остается надеяться, что его оформление обойдется без новой мировой войны.
Но это желание становиться все более неосуществимым.
Евгений Галаган, для "Хвилі"
