Предвыборная кампания в Украине, при всей своей чрезмерности популизма, ярко засвидетельствовала: вопросы внешней политики нашей державы настолько туманны и настолько раскалывают общество даже в самой расплывчатой своей формулировке, что политические элиты попросту их обходят (в самом деле, не считать же внешнеполитической стратегией, например, общий призыв к евроинтеграции или к «дружбе с Россией»). В этом популизм оказался полезен: если политические силы на данном вопросе не спекулируют, значит, его обсуждение невозможно стопроцентно перевести в плоскость демагогии и откровенного словоблудия, и значит, дискутируя по этой теме, мы можем в итоге выработать некое четкое ее видение. Как ни удивительно, но в этом внешняя политика оказалась куда «честнее» и конкретнее, чем, например, экономика.
Полемизируя в формате «Хвилі» о месте нашей державы на международной и региональной арене, мы ранее неоднократно призывали отойти наконец от стереотипного восприятия Украины как футбольного мяча между Западом и Россией. Если мы говорим о сохранении целостности Украинского государства (и никакая федерализация тут не поможет – не может одна часть страны «дружить» с РФ, а другая — «интегрироваться» в ЕС), мы должны наконец понять две простые вещи. Во-первых, при всей своей увлекательности и приемлемости для власти и ФПГ того внешнеполитического блядства, которое у нас именуется «многовекторной политикой» (а попросту – перманентными шараханиями с Запада на Восток и обратно), невозможно строить сильную, авторитетную державу без внешнеполитической определенности. А во-вторых, сам формат «выбора» между Москвой и Брюсселем (ЕС и НАТО) для Украины является абсолютно и безоговорочно тупиковым – в этом формате невозможно выработать сценарий, удовлетворяющий не только чаяниям большинства населения, но и объективным потребностям нашей державы. Так отчего же мы с завидным упрямством упираемся в два пути – восточный и западный, игнорируя иные варианты?
Факт в том, что Киев все годы своей независимости настолько тужится втиснуться в существующую геополитическую картину мира на правах детали интерьера, что даже теоретически не пытается сыграть по отношению к ней роль художника. В то время, как складывающаяся в последнее десятилетие региональная картина упрямо наталкивает именно на эту мысль, открывая весьма широкое окно возможностей.
В наше время региональных союзов такие возможности на лицо, и для Украины находятся на юге. Образ перспективного союза дает, прежде всего, тот расклад, который обрисовывается в Черноморско-Каспийском регионе, истекая из важнейшей на сегодня сферы – энергетической. В этом плане видится три основных игрока, объективные интересы которых находятся в одной плоскости и взаимно пересекаются.
Прежде всего, это союз по линии Украина-Турция. Два «европейских больных», способных играть (а в случае с Турцией и играющих уже достаточно давно) роль региональных лидеров, но при этом – уникальный случай – не выступающих конкурентами. Сложившиеся в последние десятилетия отношения в регионе и – что немаловажно — отношения к этим странам извне настолько удачно подталкивают обе державы к союзу, что какие-то исторические нюансы в этом контексте можно смело опустить.
При этом формат союза для Киева и Анкары вырисовывается не на шаткой базе вынужденного союзничества перед лицом общего внешнего противника (при всей своей распространенности в мировой истории, такие союзы, как известно, крепки до тех пор, пока есть общая военная угроза – ярким примером тому нынешний кризис НАТО), а на взаимовыгодной экономической основе. Не секрет, что все мало-мальски перспективные экономические союзы рано или поздно обзаводятся военной составляющей, перерастая в военно-политические. В случае с союзом Украина-Турция легкие наброски к военному партнерству возникли уже до развертывания экономического союзничества – в лице инициатив БЛЭКСИФОР и Черноморской гармонии. Эти инициативы по линии ВМС можно считать «прощупыванием» дальнейших, более широких возможностей.
В частности, в отношении возможного регионального союза представляются следующие перспективы.
Основа – энергетический и транзитный союз. Украина и Турция являются транзитными территориями по поставкам энергоносителей с Каспия и Передней Азии (тур. Güneybatı Asya – прежде всего, Среднего и Ближнего Востока без Африканской части) на Запад. Объединяя усилия, они полностью контролируют их поставки по суше и через Черное море.
В этом плане закономерный вопрос вызывает не столь давнее разрешение Турции проложить российский «Южный поток» в ее эксклюзивной экономической зоне – как известно, этот газопровод призван поставлять российские энергоносители в Европу в обход Украины. На этот аргумент можно ответить просто: как раз история с «Южным потоком» и доказывает, насколько Турция готова к подобному энергетическому союзу с Украиной.
В частности, как известно, Турция выжидала несколько лет, упрямо не соглашаясь дать «добро» России на «Южный поток» — без этого согласия проект бы не мог состояться, поскольку в маленьком Черном море эксклюзивные экономические зоны Турции и Украины смыкаются. Не давая своего разрешения Москве, Анкара при этом всячески «заманивала» Киев в проект НАБУККО (в старом его варианте) – с 2009 года. Поняв, что от сосредоточенного на линии Запад-Россия президента Ющенко ожидать вразумительного ответа не стоит, Турция, тем не менее, заняла выжидательную позицию. С приходом к власти Януковича первое же интервью посла Турции в Украине в марте 2010 г содержало более чем конкретное предложение к новой украинской власти принять участие в НАБУККО в качестве полноправного партнера. Украинская власть это приглашение не услышала.
Через несколько месяцев, во время пребывания в Киеве глава МИД Турции Ахмет Давутоглу во время встречи с Януковичем дословно повторил это приглашение. Доподлинно неизвестно, с каким именно органом соединены уши украинского президента и его свиты, но и это приглашение не было услышанным. Приглашение Турции получило особо четкие очертания после того, как в Азербайджане были найдены новые запасы энергоносителей, и стало ясным, чем наполнить НАБУККО (заметим, что и без этого сам факт участия Украины в проекте по приглашению Турции имел бы мощнейшее политическое значение, но это детали). Кстати, кроме того, Турция является мостом для Украины к иранским энергоносителям (Южный Парс, турецкие права на закупку и реэкспорт — 17,5 млрд кубометров газа в год), хотя на сегодня страсти вокруг ядерной программы Тегерана и отдалили реализацию этого проекта.
Не дождавшись никаких телодвижений от Киева в ответ на свои предложения, Турция только после этого дала России «добро» на «Южный поток». Но очень важная деталь: Анкара в этом случае повела себя в обычной своей манере – она оставила пути к отступлению. А именно, разрешив прокладку «Южного потока», Турция сама не принимает участия в этом проекте. И параллельно продвигает новый проект TANAP – совместно с Азербайджаном. (В политическом плане заметим, что недавний скандал с задержанием Турцией российского самолета с военным грузом для Сирии дает лишь очередное понимание, что Анкара никогда не будет «дружить» с Россией в ущерб своим интересам).
Здесь мы выходим на третьего участника потенциального союза – Азербайджан. Для него Турция – региональный ориентир. При этом наращивая сотрудничество с НАТО, перспективы членства Азербайджана в блоке вызывают очень большие вопросы – начиная с того, что сам Азербайджан по сути так и не определился с этой целью, а другой у него попросту нет. По сути, его статус на Западе не особо отличается от статуса Турции и Украины в ЕС. Что обуславливает политическую подноготную сближения с крупными региональными игроками.
С участием в союзе Баку «энергетический круг» замыкается. Это, во-первых, собственно азербайджанские месторождения на Каспии. Во-вторых, планы продления трубопровода Баку — Тбилиси — Джейхан до восточного побережья Каспийского моря и наполнение его нефтью и из Казахстана (а также, не исключено, и Туркменистана). Это уже – выход на Среднюю Азию, новый весьма перспективный регион, развитие событий вокруг которого уже в ближайшем будущем явно будут влиять на изменение геополитической ситуации. Окончание строительства в 2013 г транспортного коридора Баку-Тбилиси-Карс завершает «транзитную картину» с участием Турции и Азербайджана.
А попутно дает нам четвертого участника союза – Грузию. Для нее этот союз особенно важен. В Тбилиси хотя и четко сформулировали цель в виде вступления в НАТО, тем не менее, также прекрасно понимают, что вокруг этого вопроса больше спекуляций, чем конструктива. Потому Грузия будет опираться на любой союз, дающий ей какие бы то ни было гарантии безопасности, а добавление сюда экономической выгоды автоматически снимает национальные дискуссии по поводу возможного членства. Тем более что, как и в случае с Азербайджаном, уже сегодня Турция играет все большую роль в дальнейшем развитии Грузии.
В целом данный союз Украины, Турции, Азербайджана и Грузии (с возможностью присоединения некоторых других держав региона – через Украину это может быть Белоруссия) как теоретическое построение не вызывает явного отторжения ни на региональном уровне, ни на большой международной арене.
Для Европы союз Турции с Украиной дает призрачную надежду, что не находя взаимопонимания с ЕС, а также в своем стремлении стать лидером исламского мира, Анкара все же сохранит «европейский вектор».
Для Запада в целом это является определенным гарантом того, что Турция не пойдет на сближение с Россией, и – главное – не сблизится с ШОС, где она уже является наблюдателем. Поскольку понятно, что в любом теоретическом построении сближение Китая, России и Турции сильно попахивает для Запада геополитической катастрофой.
Наиболее этот союз может раздражать Россию, поскольку явно противоречит ее стратегическим интересам. Однако поскольку сегодня российская государственность с ее пропагандистской машиной и российские элиты сориентированы на внешнего противника в лице Запада, «переключиться» на новый раздражитель они смогут лишь спустя значительное время.
Для самой Украины такой союз несет очевидную выгоду – в плане энергетической безопасности, политической и военно-политической целесообразности. При этом, что важно, он не раскалывает украинское общество. В любом случае, это – грандиозные возможности с прицелом на многие десятилетия вперед, упускать которые для Украины было бы непозволительным.
Дмитрий Тымчук, "Хвиля"
Автор - руководитель Центра военно-политических исследований
