Гибридная стратегия гибридной войны. Мир в гибридной войне не достигается средствами традиционной войны.
В гибридной войне традиционные стратегии не работают. В гибридной войне демократические государства обречены на поражение.
Только государство, способное обеспечить авторитарный контроль информ-пространства на всей территории войны, преимущество военных мобильных подразделений и инфраструктур доставки финансов, солдат, оружия и боеприпасов, имеет шанс на победу.
Гибридная война планируется не под стратегию фронтальной войны, а под стратегию информационной войны.
Именно в информационной войне происходит построение альтернативной (зомби-) реальности, внутри которой возможно преобразование противника во врага (обреченного на физическое уничтожение) и нелюдь (в того, кто не имеет права считаться человеком).
Целью военных действий в гибридной войне является не завоевание или удержание территории, а хаос, непрерывный конфликт и постоянное генерирование провокаций и постановочных для зомби-СМИ военных событий.
Постановочные военные события – это события, которые по сути предназначены исключительно для съемки картинки, которая будет использоваться для показа в зомби-СМИ. После съемки постановочные военные события прекращаются, и участники постановки исчезают с места происшествия.
Информационная война является главной и управляющей составляющей гибридной войны. Соответственно анализ военной ситуации гибридной войны должен включать анализ сюжетов СМИ противника, потому что именно там строится альтернативная зомби-реальность, которая является базовой.
Суть информационной войны – идентоцид, т.е. уничтожение национальной-государственной-гражданской идентичности страны-соперника до такого состояния, когда о ней можно сказать только одно – это нелюдь и враг. Суть идентоцида – убеждение большинства народа своей страны, а в идеале – и части народа противника – в злых намерениях (злонамеренности) противника относительно своих.
Манипуляция реальностями в информационной войне происходит так, что в нее попадает только то, что вписывается в зомби-реальность.
Давайте посмотрим на две ситуации:
1) «груз-200» возвращается на территорию России;
2) на российско-украинской границе происходит военный конфликт.
Первая ситуация. В российской зомби-реальности «груз-200» (погибшие россияне на Востоке Украины) отсутствует как факт, потому что он переправлен на территорию России скрыто, а все попытки поговорить о нем в России публично классифицируются как ложь. Итак, если война не будет расширена до открытого нападения российских войск на Украину, то любые потери русских останутся вне знания россиян. А это значит, что погибших россиян просто не существует в массовом зомби-сознании в России.
Вторая ситуация. В российской зомби-реальности не существует той массы колонн машин, которые пересекают ежедневно российско-украинскую границу с террористами-наемниками, оружием и боеприпасами. Следовательно, когда украинские войска уничтожают эти колонны, они должны еще и заботиться о том, чтобы пули не попадали в российских пограничников, иначе Россия заявляет протест о якобы нападениях украинцев на российских пограничников. Иначе говоря, если в зомби-реальности русских колонн с террористами, оружием и боеприпасами нет, то действия украинских военных квалифицируются как нападение в российской зомби-реальности.
В гибридной войне на собственной территории победить невозможно. В гибридной войне нет границ – именно это не может понять украинская власть.
Российско-украинскую границу невозможно перекрыть, если Украина не контролирует информ-пространство и воздух Востока Украины, а террористы будут продолжать осуществлять провокации по границе и на всей территории под съемку российскими журналистами.
Сетевые действия террористов на нашей территории в совокупности с поддержкой русских войск на границе позволяют продолжать России поставки террористов, оружия и боеприпасов на украинскую территорию.
Пока мы не контролируем информационное пространство на собственной территории Востока Украины, мы не можем рассчитывать на поддержку там собственного населения. А это означает постоянное подкрепление террористов со стороны зомбированного населения.
Речь идет о простой вещи – полном и тотальном запрете российским журналистам присутствовать на Востоке Украины. Российские журналисты ведут против Украины информационную войну, поэтому должны быть признаны украинскими властями в качестве врага. Журналисты российских СМИ могут получать сюжеты только от украинских журналистов, от официальных учреждений в Украине.
Успех мирного плана Президента выглядит сомнительным. Единственная выгода от такого плана – Украина должна получить реноме стороны, которая предложила мирный путь урегулирования ситуации для морального права на следующую фазу очистки территории Украины от террористов.
В то же время давайте поговорим о слабых сторонах мирного плана Президента Украины.
Как можно выиграть войну?
План Президента по миру – это на моей памяти первый стратегический план, который украинское государство вообще разработало и будет пытаться внедрять. Конечно те, кто разрабатывал такой стратегический план, имеют очень ограниченное представление о стратегии, тем более о военной стратегии.
Чтобы понять ограничения таких стратегических планов, нужно принять во внимание следующее.
Война может закончиться в двух случаях:
1) Когда ее прекратит тот, кто ее начал;
2) Когда в войне окажется победитель.
Чтобы закончить войну, нужна явная победа. Унизительные уступки агрессору только оттянут ее завершения.
Реакция России на мирные предложения Президента Украины 20 июня 2014 – приведение войск Центрального военного округа РФ в полную боевую готовность 21 июня 2014. Эти действия России могут выглядеть непонятными и неадекватными, если придерживаться тех представлений, которые возложены разработчиками мирного плана Президента в его основу.
Всяческие разговоры о мире внутри Украины без победы над Россией – это лишь потеря времени, усилий и человеческих жизней.
План Президента – это предложение мира с позиции силы в отношении террористов. Одновременно в плане Президента нет четкого послания: «Принуждение к миру» – «Ультиматум террористам». То есть нет той публичной четкой позиции, в которой обвиняет нас Россия. В принуждении к миру с позиции силы нет ничего постыдного. Это нужно говорить откровенно.
Мира нельзя достичь, ведя переговоры с лидерами ДНР и ЛНР. С лидерами ДНР и ЛНР нет смысла о чем-то договариваться, потому что не они являются инициаторами войны. С вновь избранными и потому легитимными представителями ДНР и ЛНР, если таковые появятся, тоже нет смысла договариваться, потому что они не будут контролировать территорию ДНР и ЛНР.
Сила может договариваться с другой силой. Лишь тот, кто установит контроль над территорией, может в принципе договариваться с тем, кто претендует на контроль над территорией. На контроль территории ЛНР и ДНР претендуют лишь два субъекта – власти России и власти Украины. Именно эти субъекты могут говорить о мире.
Нам всем нужно понять простые вещи:
1. Целью России по созданию ДНР и ЛНР является не организация процветания этих республик, а уничтожение их человеческого, экономического и инфраструктурного потенциала. Именно поэтому любые переговоры о мире с Россией обречены на поражение, если мы не согласимся на унизительные ультимативные условия, которые она выдвигает. Когда мы согласимся на такие условия, то мир будет лишь временным. После этого снова будет война и снова новый ультиматум.
2. Что бы ни говорили официальные представители власти России, она не собирается прекращать войну просто потому, что льется кровь, и Украина хочет мира. Поймите простую вещь – войны не начинают для того, чтобы заключить мир, не достигнув целей. Потому что война – это очень дорого, чтобы в нее просто играть. Россия пойдет до конца, будет воевать до чьей-либо победы, постоянно говоря о том, что Украина во всем виновата. Это означает затягивание войны на годы или переход к ее острой фазе с интервенцией России на территорию Востока Украины.
3. Без действенных и эффективных санкций мира против России эту войну Украине не выиграть. Поэтому Украина должна прибегнуть к ультиматуму – или США и Европа решаются на эффективные санкции против России, или Украины перестает надеяться на помощь Запада и использует более решительные действия.
Одновременно говорить о достижении мира двум Президентам – Украины и России – есть смысл для Украины тогда, когда Украина может что-то предложить России. В настоящий момент нет ничего стоящего для России, что могла бы предложить Украина, не уничтожив то, за что мы боролись в гражданских протестах 2013-2014 годов. Мы не можем предложить России то, что ей нужно, потому что это означало бы проиграть войну.
Чтобы Украина могла что-то предложить России, нужно это что-то получить.
Стратегия 1. Перенести войну с территории Украины на территорию России. Осадить города на территории России таким же способом-путем насыщения наемниками без признаков идентификации российских городов и захватом объектов инфраструктур. Освобождение городов России и объектов инфраструктуры в обмен на освобождение городов Востока Украины могло бы быть торгом о мире.
Стратегия 2. Планомерное и многократное уничтожение газопроводов на территории России. Прекращение такого уничтожения могло бы быть торгом о мире.
Стратегия 3. Превентивная неожиданная и массированная атака украинских вооруженных сил на российские вооруженные силы у границы России на территории России. Прекращение атаки могло быть торгом о мире.
Стратегия 4. Научиться побеждать в гибридной войне. Освободить генералов, умеющих воевать только традиционными средствами, найти тех, кто понимает, что написано выше, и назначить их командующими. Начать вести гибридную войну авторитарным образом.
Итак, либо мы превращаем гибридную войну в обычную войну, либо включаемся в гибридную войну авторитарными средствами. Все такие действия выводят войну в публичную плоскость, постепенно уничтожают зомби-реальность в России. Такие действия впервые позволяют достичь стратегического превосходства Украины над Россией. В противном случае нужно готовиться к проигрышу Украины в войне с Россией.
Возможные риски таких стратегий – если в этих действиях нас не поддержит мир, возможно введение регулярной армии на восток Украины и/или бомбардировки Россией городов Украины.
Поэтому – или унизительный мир, или организация авторитарного военного управления в гибридной войне, или переход от гибридной войны к войне между регулярными армиями и готовность к массовым жертвам среди мирного населения.
Такие вещи не должны выкладываться публично. Но у меня нет возможности донести свое видение до людей, принимающих решения в войне, иначе, чем публично. У меня нет возможности убедить украинскую власть в том, что она ошибается в понимании стратегии возможного мира.
Нам нужно понять эти неприятные и жесткие вещи, иначе последствия будут еще более жесткими.
