С 9 по 12 июня в отеле Taschenbergpalais в Дрездене прошла 64-я встреча членов Бильдербергского клуба, которая на этот раз не вызвала прежнего ажиотажа. Несмотря на присутствие на собрании важных фигур, таких как директор-распорядитель МВФ Кристин Лагард, гендиректор Ройял Датч Шелл Бен ван Берден, бывший госсекретарь США Генри Киссинджер, гендиректор Дойче Банк Джон Крайан, гендиректор BP Роберт Дадли, главный редактор Bloomberg Джон Миклетвей и др., само событие выглядело как спектакль, значение которого не в том, чтобы принять некие решения (решения принимаются в другом месте), а в том, чтобы соблюсти установленный ритуал, подтверждающий, что система глобального управления и статус её представителей остаются неизменными.
Трансатлантическая политическая сеть, или За кулисами
Это в период государства всеобщего благоденствия, при наличии хорошо функционирующего государственного аппарата и демократического контроля Бильдербергский клуб являлся одним из главных транснациональных инструментов теневого управления. За годы неолиберальной перестройки сложилась новая, более эффективная система наднационального контроля, включающая в себя множество организаций, среди которых важную роль играет Трансатлантическая политическая сеть (ТПС). Членами этой сети являются крупнейшие корпорации и банки по обе стороны Атлантики, среди которых Boeing, EADS et United Technologies Corporation, Ford, IBM, Microsoft, Siemens, BASF, Bertelsmann, AT&T, Nestle, Deutsche Bank, Citigroup, Warner & Walt Dysney. Кроме того, к этой сети принадлежат 60 депутатов Европарламента и 37 членов конгресса США, а опирается ТПС на разработки ведущих западных «мозговых центров» (Королевский институт международных отношений/ Chatham House, Институт Аспена, Европейско-американский бизнес-совет, Совет по международным отношениям, Институт Брукингса, Европейский институт стратегических исследований, Французский институт международных отношений, Центр стратегических и международных исследований и др.).
Деятельность Трансатлантической политической сети нигде не освещается, она работает действительно в тени, в то время как заседания Бильдербергского клуба, о которых теперь заранее рассказывают в СМИ, всё более напоминает церемонии королевского двора, рутинный характер которых, похоже, утомляет уже самих участников. Акции протеста, всегда сопровождающие заседания клуба, также превратились в церемониальное действо. На этот раз оба участника спектакля – и заседающие, и протестующие – прекрасно исполнили свои партии.
Единственное, что может вынести из этих заседаний думающая часть общества, - это понять, на какие направления деятельности «элит» стоит обратить особое внимание и откуда могут исходить главные удары.
Собравшиеся на этот раз под председательством главы французской страховой компании AXA Анри де Кастри 130 бильдербержцев рассмотрели десяток тем. Наряду с классическими (Китай, миграционный кризис в Европе, Ближний Восток, Россия, кибербезопасность, выборы в США, долги, геополитика энергетических и сырьевых цен) появились и новые темы – «технологические инновации» и «прекариат и средний класс».
Совершенно закономерно, что на встрече в Дрездене было необычно большое число представителей Великобритании. Ведь речь там шла ещё об одном спектакле – референдуме о выходе Великобритании из ЕС (Brexit), подготовка к которому облегчает европейским политикам манипуляцию сознанием своих граждан, которым внушается, что они сохраняют демократические рычаги управления. В действительности эти политические игры позволяют надолго закрыть для обсуждения тему отношений Великобритания - ЕС, поскольку в случае победы противников выхода, которую должны обеспечить бильдербержцы, данный вопрос никогда больше поднят не будет и англичанам придётся смириться с любыми будущими решениями наднациональных властей.
Прекариат – новый восходящий общественный класс
Намного серьёзней – тема «прекариата», для презентации которой на встречу был специально приглашён английский экономист профессор Лондонского университета Ги Стэндинг, автор двух нашумевших книг «Прекариат: новый опасный класс» (2011) и «Хартия прекариата» (2014).
Термин «прекариат», произведённый от слов: «précaire» (ненадёжный) и «proletariat», появился ещё в конце 70-х годов для обозначения людей с наиболее низкими доходами, работающими неполный рабочий день на сезонной работе или в теневом секторе. Положение таких людей не позволяет им обеспечить свою экономическую и социальную независимость. Впервые данный термин стал использовать французский социолог Робер Кастель, затем его применил итальянский экономист Алекс Фоти, который утверждал, что прекариат на постиндустриальной фирме является тем же, чем пролетариат на промышленном предприятии.
Что касается Ги Стэндинга, то он создал свою концепцию, описывая прекариат как новый находящийся в процессе становления общественный класс, отличительной чертой которого является то, что его уровень подготовки более высок, нежели тот оплачиваемый труд, который ему предлагает работодатель. Это первый «сверхквалифицированный» класс, включающий в себя три категории людей: одна вышла из пролетариата, но они никогда не достигнут того, что имели их родители, другая – это мигранты, а третья состоит из образованной дипломированной молодёжи, которая не может найти достойную работу. Все три группы объединяет чувство неуверенности, обусловленное неопределённостью их положения, ограниченным доступом к социальным выплатам, фактическим отсутствием социальной поддержки и каких-либо перспектив. Это делает новый класс крайне опасным для сильных мира сего.
Появление прекариата стало следствием тех глубоких перемен, которые происходят сегодня на рынке труда в условиях тотальной глобализации. Как указывает Стэндинг, одно из следствий этого - появление многоуровневой классовой структуры, которая характерна именно для глобальной экономики. Наверху находится плутократия, представленная сверхбогатыми и просто богатыми. Затем идёт так называемый салариат - люди с долгосрочными гарантиями занятости, пенсиями, медицинской страховкой и пр. Ниже – старый пролетариат. Численность салариата и пролетариата постоянно сокращается, зато быстро растёт стоящий ниже них класс прекариата, за которым следует уже беднота - люди, живущие и умирающие на улице без связи с обществом.
Прекариат не имеет никакой гарантии занятости и вынужден постоянно менять виды работы. Работая в основном по срочным контрактам, он не может рассчитывать на государственную помощь, пенсионное обеспечение, отпуск, пособия по безработице, больничные и оплату медицинских счетов. В ещё более тяжёлом положении находятся те, кто работает в теневой экономике, то есть без трудового договора, не входя в юридические отношения со своим работодателем. Эти люди вообще лишены каких-либо гарантий.
Государство-паноптикум
Меняющаяся система пенсионного обеспечения приводит к размыванию грани между салариатом и прекариатом. Как указывает Стэндинг, на самом деле мы видим медленную смерть пенсий как таковых. К тому времени, когда человек доживёт до 60, правительство уже увеличит пенсионный возраст и минимальный трудовой стаж, а отчисления в пенсионный фонд будут переложены с компании на работника, который станет платить всё возрастающие взносы.
Падение доходов европейцев происходит сегодня такими темпами, что значительная часть населения быстро приближается к черте бедности. Как следует издоклада НПО Oxfam, проводившей исследование осенью 2015 г., 123 млн. человек в Европе (почти четверть населения) подвержены риску оказаться в состоянии бедности (в 2008 г. их было 116 млн.). Это прямое следствие растущего неравенства в распределении богатств. По данным доклада Oxfam, 1% наиболее богатых европейцев обладает третью всего богатства, в то время как 40% наименее обеспеченных принадлежит всего 1%.
Прекариат не имеет не только социально-экономических, но и многих гражданских, политических, культурных прав, которыми обладают другие категории населения. Это увеличивает потенциал протеста в среде прекариата, но такой протест обычно не имеет выхода. Отрицая старые политические партии, рабочие, выпавшие из пролетариата, превращаются в социальную опору для набирающих силу крайне правых националистических движений, которые сталкивают их с мигрантами. Последних же, в свою очередь, используют подконтрольные спецслужбам радикальные организации, которые следят за тем, чтобы их протест не ушёл в русло социальной борьбы, а оставался в рамках пустого, бессмысленного бунта.
Боле того, бесправное положение прекариата облегчает верхушечному слою строительство полицейского государства, в котором постепенно исчезнет понятие частной жизни. Стэндинг называет его «государством-паноптикумом» и указывает на тотальную слежку, которая уже практикуется в Соединённых Штатах.
Однако зачем всё-таки Стэндинга пригласили в Бильдербергский клуб? Причина, видимо, в том, что он является сторонником концепции «безусловного основного дохода» - гарантированного денежного довольствия каждому гражданину, вне зависимости от потребности, но обусловленного определённой активностью, которой от гражданина ожидают (участием в выборах и пр.). В 2016 г. такое пособие попытались ввести в Швейцарии, но предложение не прошло: на референдуме, состоявшемся 5 июня сего года, против введения «безусловного основного дохода» проголосовали 76,9% участвовавших в голосовании граждан Швейцарии. Идея чревата как минимум разложением трудовой этики, на которой держится организованное общество. Тем не менее эксперименты над людьми продолжаются, сейчас программа «безусловного основного дохода» будет запущена в голландском Утрехте.
Ольга Черверикова
