Истоки рождения Соединенных Штатов прослеживаются в мощном влиянии работ одного из величайших научных умов новой истории — кардинала Николая Кузанского (1401-1464). Самое существенное проявление гения Кузанского — главный онтологический принцип его De Docta Ignorantia («Ученое незнание»).
Одним из подтверждений влияния его необычайных научных достижений служит захватывающий исторический факт — открытие Северной Америки Христофором Колумбом было результатом влияния Кузанского на трансатлантические открытия Колумба. Это влияние было частью общего воздействия на Колумба основ современной науки, заложенных Кузанским. Создание поселений в Америки, в особенности первой колонии Массачусетс Бэй, заложившей основы для строительства Соединенных Штатов следует рассматривать в контексте развития науки под влиянием Николая Кузанского.
Как нет человека без зачатия и рождения, так и история современной трансатлантической цивилизации непонятна без знания развития Европы после появления Николая Кузанского и его предшественника, также внесшего вклад в развитие современной науки и классического художественного творчества Филиппо Брунеллески.
Следует помнить, что Николай Кузанский был ведущим деятелем европейского Возрождения и в то же время основателем современной европейской науки. Это был уникальный человек, столкнувшийся с разрушительным влиянием вновь восходящей Венеции в конце 15-го века, вылившемся в убийственные религиозные войны, следовавшие одна за другой с 1492 года до заключения Вестфальского мира (1648 г.).
Для серьезных научных исследований простая констатация последовательности исторических событий неудовлетворительна. Историческое развитие не есть череда событий, оно «органично», вопреки убеждениям недалеких людей, выпускающих из виду почти все, что для человечества действительно важно. Николай Кузанский принимал во внимание способность новых домов Венеции вызывать кризисы и стимулировал политику, приведшую к культурному «землетрясению», вызванному плаваниями Колумба через океан, положившими начало новой культуре на американском континенте.
Соединенные Штаты выросли из поселений в Массачусетсе в первой половине 17-го века. Культурные и научно-экономические достижения колонии Массачусетс Бэй были временно подавлены империалистически настроенной Англией в конце 17-го века. Массачусетс потерпел поражение от рук «новой венецианской партии», захватившей власть в Лондоне под руководством Вильгельма Оранского.
Вдохновителем реакции патриотических американских кругов на практически формальное возникновение британского империализма после Парижского мира 1763 года стал Бенджамин Франклин (1706-1790), сам испытавший влияние Коттона Мазера (1663-1728). Франклин, ученый и государственный деятель, направлял действия американских патриотов. Франклин прожил почти век, это был гений, сделавший очень много после смерти Лейбница для создания новой конституционной системы управления в Северной Америке.
Эта система впитала в себя принципы, сформировавшиеся под влиянием Лейбница, позднее они проявили себя в военной академии Вест Пойнт через научный вклад французской Политехнической школы Гаспара Монга и коллеги Монга, военного и научного гения Лазара Карно.
Франклин оказал большое влияние на Федеральную Конституцию страны, определившую систему государственного управления и установившую экономическую систему. Он заложил научные основы экономики, которые до сих пор недостаточно хорошо понимают в других странах; эти принципы были недостаточно хорошо поняты даже многими основателями Соединенных Штатов.
Главным источником пороков государственной системы Соединенных Штатов было разрушительное и непрекращающееся влияние пробританской имперской политики Уолл-стрита и интересов финансистов, связанных с Уолл-стритом, жалких предателей и негодяев, таких как британский агент Аарон Бэрр(1756-1836), Эндрю Джексон (1767-1845) и Мартин Ван Бюрен (1782-1862) в свое время, и американских последователей Бертрана Рассела и ему подобных в наши дни.[1]
В этой статье я хочу рассказать читателю о подлинных конституционных принципах американской системы в которых есть острая нужда, но о них практически никто в Европе не знает. Например, о важнейшей роли Франклина Рузвельта, наследие которого по сегодняшний день ненавидят на Уолл-стрите, в Лондоне, и которому враждебен Обама. Это факт, который сегодня нельзя упускать из внимания.
Принципы, о которых пойдет речь, чрезвычайно важны именно сегодня. Они важны для определения судеб мира, который должен стать обновленным объединением суверенных государств. Потребность в этом остра как никогда, и есть надежда, что сегодняшнее руководство России будет двигаться в этом направлении.
Специфический опыт США сегодня должен стать предметом нашего внимания. Наша стратегическая роль — обеспечить историческую связь между суверенными государствами Азии и Европы, связь между атлантическим и тихоокеанским регионами, и Арктикой, которая станет фундаментом для наших поселений на Луне.
I. С ИМПЕРИЕЙ НУЖНО ПОКОНЧИТЬ
Существует два противоположных течения мысли, в совокупности характеризующие Соединенные Штаты. Это разделение в США существует с давних времен, со времен оппозиции патриотов и тори в 18-ом веке. Этот нравственный раздел существует в стране и сегодня. Начало этому противостоянию положил Парижский мир 1763 года, приведший к созданию Британской империи. Порождение новой венецианской партии Англии Вильгельма Оранского стало Британской империей лорда Шелбурна, главного продолжателя порочных традиций Римской империи, массами вырезавшей христиан и не только их.
Научное определение Британской империи со времен ее возникновения до наших дней — это традиция олигархизма, прочно укоренившаяся в европейской культуре со времен Троянской войны. Системный «олигархический принцип» очень часто преобладал в процессах, направлявших развитие европейской культуры. В основе его порочная вера в деньги как таковые, и в этом коренное отличие от американского конституционного принципа кредитной системы. Даже со всеми отклонениями на практике, принципы этой конституционной кредитной системы до сих пор отличаются от всех монетаристских систем планеты.
Сегодня необходимо вернуться к первоначальным целям Конституции США. Возврат должен основываться на экономической политике, включающей три составные части. Без такой политики невозможно возрождение США и других стран мира.
Два составных элемента реформы вытекают непосредственно из самой федеральной Конституции. Это, во-первых, реформа по принципу Гласса-Стиголла, которая позволит покончить с наследием Аарона Бэрра, Мартина Ван Бюрена с Уолл-стрита, и отъявленного подлеца Эндрю Джексона. Во-вторых, замена монетаристской системы Уолл-стрита кредитной системой.
Почему NAWAPA нужен сейчас?
Кроме двух указанных выше условий возврата к конституционным нормам США, я предлагаю еще одно: принятие программы NAWAPA —Североамериканский водный и энергетический альянс, величайший проект, который знала история человечества.
В проекте NAWAPA будет непосредственно занято шесть миллионов квалифицированных работников. Это будет проект, основанный на системе общественного кредита, он станет движущей силой масштабного экономического восстановления обанкротившихся Соединенных Штатов. Побочные эффекты проекта создадут рабочие места и для других работников, кроме шести миллионов, непосредственно в нем занятых.
NAWAPA будет означать развитие всей Северной Америки от Северной Мексики до Арктики, и ко взаимной выгоде будет дополнять российский проект развития коридора в направлении Берингова пролива и другие масштабные проекты в российской Арктике и Сибири.
Совместное развитие в сотрудничестве США, России и других стран заложит основы новой программы освоения космоса, которое необходимо для защиты Земли и человечества от смертельных угроз — осколков комет Солнечной системы и прилетающих из открытого космоса. Успех программы, за которую я выступаю, зависит от применения кредитной системы вместо олигархической тирании монетаристской системы. Кредитная система —единственный способ финансирования целей, которые эти проекты перед нами ставят.
Отделение экономической стоимости от денег позволит создать кредитную систему в соответствии с замыслом нашей федеральной Конституции (и с успешным осуществлением его в начальной стадии нашей истории). Смысл ее в кредитовании национальной экономики на основе экономического развития в будущем, а не прошлых достижений, т.е., не на априорной фикции стоимости денег как таковых.
Величайшие экономические достижения США в прошлом основывались на «национальной банковской системе» в противоположность монетаристской системе. Замена олигархического реликта монетаристской системы в результате восстановления конституционной системы общественного кредита закладывает основы для сотрудничества разных государств. А физико-экономическая стоимость этих основ растет с развитием стран. Это единственный способ общего возрождения планеты с акцентом на масштабных научных программах, которые будут строиться на такой политике.
На этих принципах экономического строительства Соединенные Штаты под руководством Франклина Рузвельта создали кредитную систему, позволившую разгромить нацистское чудовище в союзе с другими странами. Без кредитной системы экономика бы не выдержала напряжения военных усилий в борьбе с Гитлером.
На смену Британской империи, доминирующей в мире, должны придти кредитные системы суверенных национальных государств. Необходимо заменить монетаристские системы кредитными на основе модели, какую я предложил. Только так можно остановить гибель нашей планеты, начиная с трансатлантической ее части. Такой была мечта Рузвельта, если бы он жил.
К сожалению, Британская империя и ее приспешники (Уинстон Черчилль и слуга Уолл-стрит Гарри Трумэн) радикально изменили политику Соединенных Штатов. Соединенные Штаты пошли по пути, противоположному замыслам Франклина Рузвельта. Физическая экономика США рухнула после убийства президента Джона Кеннеди, на планету обрушилась чума «постоянной войны и перманентной революции».[2]
Сегодня Британская империя проводит политику, которая не может завершиться ничем кроме геноцида, и может привести к замиранию жизни на Земле.
II. ИДЕЯ АМЕРИКАНСКОЙ СИСТЕМЫ
Суть организации колонии Массачусетс Бэй нашла выражение в экономической системе середины 17-го века, известной под названием «сосновый шиллинг». Эту систему следует назвать «кредитной системой», в отличие от монетаристской. Эта политика лежит в основе федеральной Конституции США, с успехом введенной по инициативе министра финансов Александра Гамильтона (1757-1804).
Гамильтона убил предатель и английский агент Аарон Бэрр, тесно связанный с подлецом, а позднее президентом США Эндрю Джексоном, а также с сообщником Джексона, жуликом с Уолл-стрита Мартином Ван Бюреном и прочими их сообщниками.
Главным врагом кредитной системы является монетаризм. Другое точное название монетаризма — олигархическая модель, выросшая на руинах Трои и, позднее, на ростовщичестве, характерном для английской монархии и клики Уолл-стрита в наши дни.
Финансисты Уолл-стрита и Британская империя — практически неразрывно связанные структуры, паразитирующие на Соединенных Штатах и народе нашей страны, что хорошо видно на примере президента Барака Обамы — ярком примере хищника и тирана с Уолл-стрита.
Отметив роль Лондона и Уолл-стрита, для более полного понимания экзистенциального кризиса сегодняшнего мира следует представлять, что он коренится в наследии олигархической системы, наследии, основанном на идее денег, а не на создании реального богатства во благо людей и нарастающей мощи человека во Вселенной.
III. ТВОРЧЕСТВО И ЖИЗНЬ
Необходимо напомнить о некоторых соображениях, среди них — научный взгляд на мир специфически русского происхождения: речь идет о мощи человеческого разума, на которую указывал В. И. Вернадский. Такое научное мировоззрение — прямая противоположность взглядам несчастного Александра Опарина, «заводной игрушки» Бертрана Рассела, с его механическим видением мертвой физики. Свой подход он построил на слепой вере в случайные столкновения вещей, также как Джон фон Нейман верил в случайность в пространстве. То, о чем я сейчас буду говорить, может оказаться сложным для читателя, но это верно и абсолютно необходимо.
Исследование живых процессов в нашей Солнечной системе показывает, что они упорядочены в соответствии с требованием нарастающей относительной плотности потока энергии внешней среды, населенной живыми существами. Исчезновение видов в природе подтверждает именно этот «естественный отбор», а не глупые догадки Чарльза Дарвина.
В пределе, существует три формы существования: неживые формы, простые формы жизни и творческие человеческие формы бытия. Суть дела в экспериментальном доказательстве того, что «второй закон термодинамики» был ошибочным уже тогда, когда математик Рудольф Клаузиус придумал его. Его предположение противоречит всем свидетельствам эволюционной последовательности живых процессов. В утверждения Клаузиуса просто поверили, но они противоречат всем последовательным фазам истории жизни на Земле.
По отношению к человеку в отличие от всех других известных нам форм жизни всегда следует помнить о нарастающей плотности потока энергии. Человек единственный из живых существ способен осознанно использовать огонь. Огонь сегодня мы оцениваем по различным категориям топливных веществ, все эти вещества классифицируются по нарастанию плотности потока энергии, производимой ими при использовании человеком, вплоть до категории столкновений «вещество-антивещество». Эта классификация по нарастающей гармонирует с эволюционным прогрессом живых организмов в целом, и соответствует понятию «плотности потока энергии» как организующему принципу в развитии процессов от относительно низких к относительно высоким плотностям потока энергии.
Необходимы следующие различения категорий
1. Выявление того,какие процессы относятся к неживым.
2. Заключение, как его сделал Вернадский в отношении живых существ помимо людей.
3. Способность к «экспериментам», проявляющаяся в ноэтических процессах человеческого разума.
Эти же вопросы, рассматриваемые с другой точки зрения, приводят нас к пониманию коренного отличия интеллектуальной жизни человека от поведенческих особенностей неживой материи и живых процессов растений и животных (кроме людей). Ноэтические способности человека существуют за рамками неживых и живых процессов.
С человеческой точки зрения есть два круга вопросов, имеющих исключительное значение для человеческого рода. Первый — остывание Солнца, (которое произойдет через несколько миллиардов лет), второй — зависимость будущего существования человечества на Земле от способности разрушать и отклонять от орбиты Земли опасные тела, включая кометы.
Мы не изолированные предметы в космосе. Являясь частью космических реалий, мы относимся к существам, способным смотреть в лицо вопросу «выживаемости». Это представление совпадает с идеей «предназначенной или мотивированной» роли человека в пространстве Солнечной системы и галактики. Эта идея отсутствует в отправных допущениях Рассела и академика Опарина.
Но такие идеи характерны для человеческой морали и отражают основы любой концепции человеческой морали: мы смертны, но наше бытие направлено к бессмертию и лежит вне любых примитивных взглядов на наше существование.
Другая сторона проблемы
Развитой и зрелый человеческий разум однажды открылся для нас в понятиях Альберта Эйнштейна «материи-антиматерии» и конечных, но не ограниченных вселенных. Таким же образом великий Иоганнес Кеплер предвидел полезное действие принципа, который он назвал «замещающей гипотезой», а мы можем назвать его «метафорой».
Например, давайте рассмотрим постановку классической драмы на сцене. Там персонажи драмы и актеры, чьи действия не определены самыми актерами, но вытекают из драмы.
О том же принципе писал Николай Кузанский в своей De Docta Ignorantia. Мы должны понять с одной стороны ложность, с другой же — полезность теней, доступных человеческому «чувственному восприятию». Этим занимался Кеплер, выдвигая свою замещающую гипотезу. Истина не в телесности, но в воздействии иллюзий, как это происходит на большой сцене нашей Комедии. «Реальность — в результатах!», которые нужно понять и пытаться освоить.
Но что это за результаты и на что они влияют? Чувство реальности, то что великий дирижер Вильгельм Фуртвенглер назвал звучащим «между нот». Представление на сцене обращено к чувственному восприятию и выражает смысл в форме «замещающей гипотезы». Что реально, чувственное восприятие происходящего на сцене, или «смысл» истории, разворачивающейся на сцене? Что значимо, образы на сцене, или «история» на сцене?
Это и прояснил Кеплер в своих соображениях о «замещающей гипотезе». Здесь важно понять, что чувственное восприятие человека следует признавать разновидностью «замещающей гипотезы». В этом заключается значение аргумента в De Docta Ignorantia Кузанского: при анализе «замещающей гипотезы» Кеплера следует исходить из этой же точки зрения. Мы делаем то же самое, прибегая к использованию приборов, которые служат нам посредниками в постижении реального, но не просто видимого. Это же мы видим в работах Макса Планка и Альберта Эйнштейна.
С этим же феноменом мы сталкиваемся в редко понимаемом принципе музыкального сочинения в изложении Вильгельма Фуртвенглера, видевшего в музыкальной форме принцип высшей гипотезы.
Классическое музыкальное сочинение, когда оно включает чтение «между нот», или же прочтение иронических пассажей Баха показывает, как человек богатой культуры читает послание, лежащее за пределами обычного чувственного восприятия.
Здесь важен акцент на системном отличии чувственного восприятия от сопутствующих «смыслов». Сцена в немецкой комедии 1960 года “Das Spukschloss im Spessart” («Привидения в замке Шпессарт»), когда говорится «Самое важное — результат!», вращается вокруг иронического сопоставления того и другого именно в том смысле, что и в классической метафоре.
В сочинениях Баха и интерпретациях Фуртвенглера музыкальные формы достигают уровня смысла намного «глубже» для реального мира, нежели может понять большинство людей. Нам нужно стремиться расширить метафорическое понимание, содержащееся в попытках понять окружающий нас мир так, как это происходит с пониманием смысла драмы на сцене, а не просто воспринимать происходящее на сцене нашими органами чувств.
«Если с вами заговорит Творец, что вы услышите — послание или просто звуки?» Короче говоря: замещающая гипотеза Кеплера. Метод Николая Кузанского. Эти подходы следует использовать для более глубокого понимания «голоса» нашей галактики.
[1] H. Graham Lowry, How The Nation Was Won, America’s Untold Story 1630-1754 (EIR, 1987); Anton Chaitkin, Treason In America, New Benjamin Franklin House (1985). (Книги есть в продаже в онлайн-магазине EIR.)
[2]. Автором теории «перманентной войны и перманентной революции» был выкормыш Фабианского общества, спекулянт оружием (Виккерс и прочие), террорист и наемник Александр Гельфанд (Парвус). И с этой точки зрения становится ясным, зачем Фридрих Энгельс взял под крыло Гельфанда в Лондоне. Многие заблуждения в отношении Гельфанда объясняются ошибочным взглядом на истоки Первой мировой войны.
Вехой английских империалистических планов стало отстранение от власти прусского канцлера Бисмарка, игравшего ключевую роль в предотвращении войны на европейском континенте. Последовала серия войн, начиная с англо-британского альянса против Китая, а позднее и России.
Канцлер Бисмарк и граф фон Мольтке понимали, что война на европейском континенте — задумка Британской империи, которую они между собой называли «новой Семилетней войной», имея в виду войну, которая завершилась Парижским миром 1763 года, из которого по сути родилась Британская империя. Первая и Вторая мировые войны стали той самой «Семилетней войной», которой опасались Бисмарк и Мольтке, и которая была затеяна в целях мирового господства Британской империи.
И новая термоядерная война США и Великобритании против России, Китая и остального мира, угроза которой нарастает сегодня, станет по сути «Четвертой Семилетней войной».
