Андрей Илларионов усмотрел в недавнем интервью Сергея Иванова знак грядущих перемен. Мол, с чего это вдруг глава президентской администрации стал публично объявлять, что никакого коррупционного компромата на него нет? Зачем стал перечислять своих друзей-силовиков, которые по его мнению чисты, как стеклышко – Сергея Шойгу, Сергея Лаврова, Александра Бортникова и Николая Патрушева?
Странное выступление Иванова, по его собственным словам, было ответом на обвинения путинского окружения в коррупции, казнокрадстве и криминале, которые в последнее время появились в западных СМИ. Загадка здесь в том, что эти обвинения были направлены вовсе не против Иванова и его друзей, а против совсем других людей — участников кооператива Озеро, руководителей госкорпораций и лично против Путина. Выглядит так, будто Иванов хотел сказать: в воровстве обвиняют босса и весь его круг, но я-то чист!
Илларионов заключает, что похоже, Иванов примеряет себя на роль преемника и объявляет состав силовой хунты, которая придет к власти в случае если Путину и его одиозным соратникам придется уйти под натиском коррупционных обвинений.
Странным в выступлении Иванова является и то, что непосредственным поводом для него стало интервью на радио «Свобода» израильско-российского бизнесмена Макса Фрейдзона, в котором тот рассказывает о связях Путина и его окружения с организованной преступностью в период «бандитского Петербурга». Эти обвинения не новы, об этом писал еще Александр Литвиненко в книге «Лубянская Преступная Группировка» в 2001 году. С тех пор они повторялись множество раз. К тому же «Свободу» при всем уважении никак нельзя назвать влиятельным западным СМИ, в то время как более ранние разоблачения, появлявшиеся в действительно крупных изданиях, не вызвали столь нервной реакции. Взять хотя бы материал на целую полосу в Файнаншл Таймс, опубликованный в 2011 году, в котором рассказывается как Юрий Ковальчук и Николай Шамалов за бесценок «освободили» Газпром от миллиардных активов в пользу своего банка «Россия», и откуда взялся «дворец Путина» в Геленджике. Тогда Кремль предпочел не заметить разоблачений.
Что же произошло сейчас, что заставило Иванова забеспокоиться? А произошло то, что с недавнего времени российские обличители Путина приобрели мощного союзника в лице государственных структур западных стран. В течение полутора десятилетий творцы западной политики отмахивались от анти-путинских активистов, как от назойливых мух. В начале нулевых автор этих строк был свидетелем бесед Сергея Юшенкова и Сергея Ковалева с высокими чинами в администрации Буша. Юшенков приезжал в Вашингтон искать поддержку по вопросу о причастности ФСБ к взрывам жилых домов, а Ковалев — с доказательствами военных преступлений российской армии в Чечне. Ответ в обоих случаях был такой: «Не надо рассказывать нам о Путине. У нас нет никаких иллюзий. Но помогать мы вам не станем, потому что у нас другие политические приоритеты». На такую же стену отчужденности наталкивалась и Марина Литвиненко в Лондоне, когда в течение многих лет пыталась добиться от британского правительства полноценного расследования убийства ее мужа.
В течение четырнадцати лет Запад рассматривал Путина если не демократом, то союзником, как, например, саудовского короля или южноамериканских диктаторов. Типа, «он конечно сукин сын, но он НАШ сукин сын».
Но после аннексии Крыма западные приоритеты в отношении Путина изменились. Теперь сильные мира сего в Вашингтоне, Лондоне и Берлине смотрят на него как на противника. Ситуация напоминает Холодную войну, когда в информационной поддержке диссидентов были задействованы колоссальные западные ресурсы.
И вот уже в Лондоне полным ходом идет расследование убийства Литвиненко, США и ЕС включают в санкционные списки банк «Россия» и членов кооператива Озеро, а в Швейцаоии арестовывают руководителей ФИФА, подозреваемых в «продаже» России Мирового чемпионата по футболу.
Обитатели Кремля поняли, что Запад включился в информационную войну против них, и что коррупционно-криминальная составляющая — их самое слабое место — станет в этой войне грозным оружием. Более того, у этих разоблачений теперь будут юридические последствия.
Мы не знаем, в чем конкретно состоит компромат, который накопили на Путина и его друзей западные спецслужбы. К примеру, если взять дело Литвиненко, единственный документ на эту тему, просочившийся в открытый доступ – это так называемое «досье на Виктора Иванова», составленное для коммерческого заказчика, в котором нынешний глава Службы контроля наркотиков уличен в крышевании наркоторговцев. Однако помимо этого досье, Литвиненко составил еще с десяток для спецслужб Великобритании и Испании, в которых идет речь о связях Путина с мафией. Все эти материалы пока засекречены. Но фигуранты этих материалов в Кремле ведь точно знают, что там написано!
Точно также, когда американское министерство финансов объявляет, что Юрий Ковальчук через банк «Россия» является «личным банкиром» и «кассиром» Путина, то надо полагать, у них есть счета и документы, которые это подтверждают. А сам Путин точно знает, кто его кассир и сколько денег лежит в кассе.
Если будет принято решение опубликовать засекреченные на западе коррупционные и криминальные данные на Путина и его друзей – об этом, кстати давно просит Алексей Навальный – то ему ничего не останется, как уйти, ибо он чисто технически не сможет выполнять президентские функции, например, посещать страны Евросоюза.
Едва ли Сергей Иванов стал бы предлагать себя на роль преемника, да еще ссылаясь на свою некоррумпированность, без ведома босса – так можно и места лишиться. Значит Путин в курсе дела и раздумывает, как уйти наилучшим способом, если не останется никакого другого выхода. Сергей Иванов и его силовики, пожалуй, должны казаться Путину меньшим из зол, уж точно предпочтительней людей типа Немцова или Навального. Иванов, как минимум, сможет гарантировать уходящему боссу личную безопасность и сохранение активов.
В этом контексте удаление Немцова со сцены приобретает, с точки зрения Кремля, конкретный политический смысл и подчеркивает насколько Навальному стоит озаботиться своей личной безопасностью. Ведь если предполагаемая хунта сделает борьбу с коррупцией своим лейтмотивом, то сильные конкуренты, продвигающие ту же тему, им совершенно не нужны.
Что будет делать Иванов, оказавшись у руля, — тема для отдельного разговора.
