Цивилизации нужно готовиться к распаду России - крупнейшей катастрофе ХХI века.
Судьба всех империй прошлого и настоящего одинакова — сначала рост, экспансия, военные захваты соседних земель, затем стагнация внутри; общество слабеет и деградирует, экспансии обходятся все дороже и приносят все меньше выгоды, а вскоре наступает перелом — стагнация.
Империя, заглотив в себя огромное количество земель, больше не может с ними справляться, не может развивать их экономику, обеспечивать населению хотя бы относительно достойную жизнь и даже видимость равенства прав. С этого момента государство держится только на военной силе, зачастую, уже ослабленной всеобщим разложением нравов, коррупцией и нежеланием солдат и офицеров отдавать жизни, защищая имущество «знати».
Внутри начинаются бунты — как единственно возможные способы выражения народного недовольства и гнева. Они подавляются, но каждый новый со все большим трудом и все большей ценой. Одновременно с внутренним недовольством накапливается и внешнее. На мировой арене пострадавшие от действий империи народы стремятся сформировать против нее коалиции, встать на сторону естественных врагов империи. И не только вернуть свое, но и нейтрализовать ту угрозу, которая хотя бы в теории может от нее исходить.
Россия, как и любая империя, этой участи также не избежит. Ее захватнические войны идут все последние годы: Ичкерия, Карабах, Абхазия, Южная Осетия, Крым стали жертвами имперской агрессии русских. Но нынешняя война, Первая Украинско-русская, имеет все шансы стать и последней: аннексировав часть территории европейского государства — Украины, Россия, очевидно, забила в свой гроб последний гвоздь.
Самой России эта война уже обошлась чрезвычайно дорого. Ее экономика разрушается, инфляция только официально приближается к 10 процентам, а реально, по мнению экспертов Высшей Школы Экономики, вдвое выше — на уровне африканских государств. Для стабилизации курса рубля Россия массово выбрасывает в продажу свои золотовалютные резервы.
В России не хватает средств на социальные проекты — закрываются детдома и больницы, сокращаются учителя. Европа постепенно заменяет российский газ американским и иранским, подрывая главную статью доходов империи и заставляя ее торговать в Китаем себе в убыток. Даже доставить газ в Европу Россия может с трудом: кроме пути через теперь уже враждебную Украину, остановились работы над новым газопроводом Южный поток, один из основных участников которого, Болгария, выходит из проекта, чтобы поддержать санкции против российской агрессии.
Для простых русских все это ведет к одному итогу — цены на все растут, зарплаты за ними не успевают, рабочих мест становится все меньше, да и те, от дворников до пилотов, все активнее заполняются мигрантами из южных республик. В конце года, когда у властей России иссякнет запас иностранной валюты и золота, рубль серьезно обесценится по сравнению с долларом, и его курс будет от 40, по данным Минэкономразвития России, до 50 — по мнению отдельных экспертов. Против средней цены 35 рублей в июне 2014-го.
Хотя официальная безработица в России не очень велика, шесть процентов населения, даже правительственные экономисты признают, что по тридцати миллионам человек, что составляет 40 процентов трудоспособного населения, у них данных нет — то есть считается, что эти люди где-то работают, получают какие-то деньги, но никаких данных по доходам, налогам и местам работы по ним у государства нет.
Даже среди работающих людей процветает нищета — 18 миллионов имеют доход ниже прожиточного минимума. И лишь один из пятидесяти работников относится по уровню доходов и потребления к среднему классу — преимущественно это чиновники из спецслужб и полиции.
В таких условиях российские власти никак не могут рассчитывать на лояльность населения.
Более того, феодальный по своей сути строй современной России и не предполагает лояльности государству — только преклонение крепостных перед «силой» господ. Теперь же очевидное ослабление «господ» подтолкнет простолюдинов к локальным бунтам — традиционно для России бессмысленным и беспощадным.
Дальнейшее известно из русской истории.
Это будут не политические мероприятия, а обычные грабежи и насилия с антигосударственными лозунгами, с ограблениями магазинов, сожжениями машин, бессмысленным вандализмом и выплескиванием накопившейся злобы за свое нищенское существование на «господ» и просто зажиточных сограждан. Бунты спровоцируют хаос, посланные на подавление карательные отряды будут терять больше солдат из-за дезертирств, чем собственно в боях, начнут роптать и полицейские, чьи бонусы вряд ли покроют ежедневный риск быть убитым ради начальников в высоких кабинетах.
Не останутся в стороне и представители других народов, чьи государства были силою и обманом подчинены Россией — они охотно воспользуются нарастающим хаосом внутри империи, чтобы выторговать себе национально-территриальные автономии, а затем и получить «под шумок» независимость, создавая собственные государства.
Важным фактором волнений будут иностранные мигранты, которых в России уже около 30 миллионов, главным образом трудоспособных молодых мужчин. В смутное время они будут активно отстаивать интересы своих государств — Узбекистана, Таджикистана, Киргизии, Казахстана, что будет способствовать росту насилия в приграничный районах РФ.
А китайцы на Дальнем Востоке и вовсе могут сформировать собственную «самооборону» и пригласить Китай защитить их, заняв земли от Байкала до Владивостока (тут пригодится аналогия с российским захватом Крыма). Подобным образом японцы могут вернуть оккупированный с 1945 года Сахалин и Курильские острова, чему местное население вряд ли будет противиться.
Когда отделятся национальные окраины, придет черед того, что русские сейчас называют своей «исконной землей» — регионов, где они пока составляют большинство. В начале 90-х сепаратистские настроения на востоке России были куда сильнее, чем сейчас в Украине — тогда без всякой иностранной подпитки Сибирь, Урал и Дальний Восток печатали свои региональные деньги, объявляли себя автономными и независимыми при поддержке или безразличии населения.
Сепаратизм удалось подавить колоссальным притоком нефтедолларов вкупе с включением их лидеров во властную вертикаль. Но сейчас, когда поток денег стремительно скудеет, а власть может опираться только на силу оружия, этот подход не сработает, и Россия может быстро вернуться в размеры Московского княжества.
Других же способов удержать регионы в своих границах Россия не имеет. Тем более, если процесс децентрализации и распада РФ хотя бы минимально будет поддержан иностранными государствами.
Те же США, которых русские обвиняют едва ли не во всех своих бедах, вполне могли бы способствовать созданию проамериканской Приморской Республики. А Евросоюз — взять под опеку Кенигсберг (Калининград) и Санкт-Петербург.
Но важно понимать — распад такой большой и ментально дикой страны, как Россия, вызовет множество неудобств для мировой цивилизации. Они все решаемы, и к ним просто должны быть готовы все государства, имеющие какие-либо связи с Россией — от взаимной торговли до общих границ.
Первая и основная проблема — прокормить население (избежать гуманитарной катастрофы). Сейчас в России проживает 140 миллионов человек, и сейчас они все же имеют доступ к работе, получают какие-то деньги, могут купить еду, одеться и выйти в интернет ругать Америку. Если же их страна начнет распадаться как единая империя, то будут рушиться и экономические связи, как внутренние, так и внешние. Десятки миллионов потеряют работу, привычные вещи станут дефицитом, на все вырастут цены.
В начале 1990-х не зря американцы, немцы и многие другие нации поставляли русским гуманитарную помощь — населению гибнувшего СССР нужно было создать хотя бы минимальный по западным меркам набор благ во избежание криминализации общества и революционного взрыва. Набор оказался далеко не минимальным — до сих пор те, кто помнят «гуманитарку», отзываются о ней тепло — как еще не впавшие в маразм ветераны об американской тушенке из настоящего мяса.
Но еда — это не все. Жители новых государств, образовавшихся на терриьтории, где была Россия, должны будут иметь какую-то работу, сами зарабатывать деньги. Западным странам необходимо будет помочь новым экономикам встать на ноги, стать самодостаточными.
В начале 90-х различные департаменты США, включая Министерство обороны и Министерство энергетики, тратили миллионы на то, чтобы переобучить балласт в виде многочисленных научных сотрудников советских НИИ на востребованных программистов. Сейчас же предстоит переобучать, в первую очередь, миллионы чиновников и полицейских, а также «менеджеров» всех мастей, количество которых больше, чем способна «переварить» даже самая продвинутая экономика. Готов ли к этому цивиллизованный мир?..
Вторая проблема — вооружение, включая ядерное. Россия все еще обладает огромными запасами оружия, и хотя большая его часть уже безнадежно устарела, в случае попадания в руки бандитов или террористов нынешняя территория России превратится даже не в Сомали — аналогов этому истоия еще просто не знала. Чтобы избежать этого и свести к минимуму жертвы среди мирного населения, при первых признаках ослабления государства и его контроля над вооружением, первейшей задачей всех развитых стран станет обеспечение надежной охраны российских арсеналов. А в особенности — взятие под контроль всех 313 оставшихся межконтинентальных ракет.
Не стоит забывать и о военной технике — 2 500 танков, 8 000 бронемашин, 5 000 стволов артиллерии, 1500 самолетов и немногочисленных все еще действующих кораблях. Чтобы обеспечить надежную охрану таких арсеналов, необходим одновременный ввод в Россию, по меньшей мере, пяти дивизий миротворческих сил и активное привлечение для операции «прозападно» настроенных русских добровольцев.
Взятое под контроль оружие и техника могут продаваться нуждающимся в них государствах для финансирования миротворческой кампании в самой распадающейся России. А устаревшие образцы, составляющие примерно три четверти наличного парка, должны полностью утилизироваться на месте. Военные же заводы — перепрофилироваться. Это и позволит частично обеспечить работой местное население, и даст старт промышленностям новых государств.
Третья проблема — конфликты из-за новых границ. Поскольку новые государства будут образовываться во многом хаотично, иногда следуя искусственным современным границам субъектов РФ, а иногда возникая лишь по воле случая, за «пограничье» неизбежны многочисленные локальные конфликты. Эта проблема естественно вытекает из обильных «вкраплений» русского населения на территориях, являющихся исторической родиной других этносов (народов Кавказа, татар, якутов, бурят, народов Севера и т.д.). А также гигантского количества оружия в современной России.
Вряд ли есть способ конфликты в «пограничье» избежать совсем — слишком много обид на «пришлых» накопилось у «коренных» — от «исторических» до имущественных и религиозных. Но и на самотек этот процесс пускать нельзя — иначе едва ли не вся территория нынешней РФ станет зоной гражданских воен и гуманитарной катастрофы. Вопрос — располагает ли современная цивилизация необходимым для подобного масштаба миссии числом миротворческих подразделений? — риторический.
А готовиться к этому надо. Иначе ручьи крови на построссийском пространстве станут полноводными реками.
Лучшим способом здесь будет сочетание политического и экономического влияния на новообразованные национальные и территориальные элиты вместе с жестким контролем над оставшимся вооружением и минимизация его количества у новообразованных государств.
Также, на 10-15 лет после начала процессов распада империи, на ее «осколках» будет необходимо присутствие относительно небольших миротворческих гарнизонов, обеспечивающих безопасность новых государств, соблюдение взятых ими обязательств и договоров. Это ни в коем случае не должно быть даже похожим на оккупацию — напротив, это должно быть содействием законным новым правительствам.
Возможно и установление протектората со стороны отдельных стран или ООН в целом над различными регионами бывшей империи с целью соблюдения законности и восстановления исторической справедливости.
Так же очевидно, что некоторые территории будут присоединены к другим государствам, как и при распаде любой империи — главным образом земли, захваченные Россией у своих соседей. Например, у Финляндии в 1940 и 1944 гоах, у Германии — в 1945-м, у Грузии — вплоть до 2008-го и т.д.
И первым, безусловно, будет возвращен Крым — это и станет знаковым событием, поворотной точкой истории России.
Оставление Крыма Россией в своем составе приближает ее крах, давая внешним игрокам повод для введения санкций, гибельных для РФ. Но даже немедленное возвращение полуострова Украине тем более не спасло бы положение самой России — имперская политика Владимира Путина завела государство в патовую ситуацию, где оно получает мат после любого хода Кремля.
Адепты «русского мира» могут возразить — дескать, почему же Россия все еще существует как независимое государство, если вся ее сила «держится на волоске» и, наконец, вопрос распада этой империи Запад фактически ставит в повестку дня?
Все просто: в мире, кроме нее самой России и КНДР, нет держав, стремящихся по любому поводу и без оного разрушать систему международных отношений и попирать все нормы цивилизации. Западные страны, которые сейчас стали санитарами для буйного больного имперской манией, последние двадцать лет хотели одного — получить в лице России мирное и уравновешенное государство, включенное в нормальную международную политику и систему ценностей современной цивилизации.
С захватом Крыма эти чаяния потерпели крах. Больше ни у кого нет возможности играть в либерализм — остается открыто остановить агрессию и сделать невозможным любое ее повторение.
Ради защиты мира, а, возможно, и всей цивилизации, США и Евросоюзу придется окончательно у©покоить Россию, пусть даже ценой ее раздробления и установления протектората.
Мы уже видели распад советской империи — но в этот раз все будет куда страшнее для агрессора.
В 1991 в русских на Западе видели рабов советского строя и тоталитаризма, но сейчас всем очевидно, они — не рабы этого режима, они его проводники, его опора, а нельзя разрушить режим, не сломав опору. Процесс уже запущен самой Россией — и эта, новая Холодная Война, будет скоротечной.
Победа в ней уже предрешена, и нужно будет вести борьбу до самого конца, чтобы теперь уже русский империализм не имел даже призрачного шанса на реванш. Это должно быть не как Распад СССР в 1991, и не как Раздел Германии в 1945 — а как крушение Османской империи. И каждый неравнодушный к свободе человек в мире дожжен приложить к этому руку!
—
Никита Борисенко, Россия; специально для издания «Аргумент»
