(Интервью Луиса Джеймса (Louis James), редактора International Speculator с Дагом Кейси (Doug Casey))
L: Даг, многие читатели просят твоего совета о том, как узнать, когда придет пора уйти с главной сцены и затаиться в каком-нибудь безопасном месте. Мало кто хочет прятаться от мира в хижине в лесах, в то время как жизнь продолжается, но никто не хочет, чтобы его поймали, как только захлопнутся ворота в полицейском государстве, коим становится Америка. Как узнать, когда настанет это время?
Doug: Что ж, первое, о чем необходимо помнить – это то, что лучше забежать на год вперед, чем опоздать на минуту. Дэвид Галланд (David Galland) недавно прочел книгу Мильтона Майера (Milton Mayer) «Они думали, что свободны: немцы, 1933-45». Он процитировал отрывок из нее в своей колонке. Там подробно объясняется, почему сегодня американцы оказываются такими загнанными псами. Они не отличаются от немцев в недавнем прошлом. Позвольте, я прочту его для тех, кто не видел колонку:
«Видите ли, - продолжил мой коллега, - никто точно не знает, куда или как переезжать. Поверьте мне, это правда. Каждое действие, каждый случай хуже предыдущего, но лишь ненамного. Вы ожидаете еще одного большого шокирующего события, думая, что другие, будучи шокированными, присоединятся к вам в некоем сопротивлении. Вам не хочется действовать, или даже говорить, в одиночку; вы не хотите «лезть из кожи вон, чтобы нажить неприятности»… В университетском сообществе, в вашем собственном окружении вы тайно говорите со своими коллегами, некоторые из которых определенно чувствуют то же, что и вы; но что они говорят? Они говорят: «Все не так плохо», или «Ты бредишь», или «Ты паникер».
«Это только первые шаги, да; но откуда вам знать наверняка, если конец вам неизвестен, и как вы можете знать, или даже предполагать, что будет в конце? С одной стороны, вас запугивают враги, закон, режим, партия. С другой – ваши коллеги с презрением отзываются о вас как о пессимисте или даже невротике… никакого великого шока, когда десятки или сотни присоединяются к вам, таки не происходит. Вот в чем сложность. Если бы последняя и худшая акция всего режима происходила бы сразу после первой и самой незначительной, тогда да, тысячи, а то и миллионы были бы достаточно шокированы… Но, конечно, все это бывает совсем иначе. В промежутках совершаются сотни едва заметных маленьких шагов, каждый из которых является подготовкой к следующему и призван не ввести вас в состояние шока. Третий шаг не намного хуже второго, а если вы не протестуете против второго шага, то с чего бы вам возражать против третьего?»
Суть в том, что США в течение многих десятилетий шли по опасному пути, и скоро они полетят кувырком со скалы. Однако наш уровень жизни, хотя и снижается, все равно остается высоким, как абсолютно, так и относительно. Но американец может наслаждаться гораздо более высоким уровнем жизни за границей.
С другой стороны, будь я каким-нибудь бедным парнем в нищей стране с ограниченными возможностями, я бы отправился туда, где что-то происходит, где сейчас есть деньги. Сегодня это означает попытку попасть в Соединенные Штаты. США идут в неверном направлении, но они все равно остаются страной возможностей и намного лучше засаленной деревни в Нигере.
L: К тому времени, когда ситуация выйдет за рамки некоего диктаторского режима в стиле стран Третьего мира, такой человек уже мог бы отправить домой кучу налички.
Doug: Плюс ко всему, при этом получаешь немалый опыт, дающий конкурентные преимущества при возвращении обратно или на новом месте. В стране слепых и кривой король. Людям придется расстаться с этой отсталой, обывательской ментальностью, привязывающей их к месту рождения. К сожалению, хотя средний американец кое-что знает о мире – в основном, благодаря телевизору – его психика так же зажата, как и у какого-нибудь раба из центральной Азии или примитивного крестьянина в Африке. Все дело в психологии.
Но если вы не бедны, то вам захочется отправиться куда-то в хорошее и безопасное место – что бы это для вас ни значило – с более низкой стоимостью прожиточного минимума. Как уже известно большинству читателей, для меня это – Кафайяте в Аргентине, но вкусы у всех разные. Это должно быть такое место, где вам действительно нравится проводить время, с людьми, чье общество доставляет вам удовольствие.
L: Справедливое замечание. Но наши читатели хотят знать, что говорит твое чувство гуру, или как скоро может наступить такой момент, когда уезжать будет слишком поздно – или, по крайней мере, уезжать с какими-либо значимыми активами.
Doug: Я слежу за тенденциями. Это одно из преимуществ изучения истории, потому что оно показывает вам, что подобные вещи редко случаются за одну ночь. Они обычно являются результатом тенденций, которые формировались на протяжении многих лет, иногда – нескольких поколений. Я думаю, что США катились по наклонной в течение многих лет. Выберите время. С точки зрения морали можно было бы возразить, что все пошло наперекосяк во время Испано-американской войны. Это случилось, когда некогда мирная и открытая страна начала завоевывать заморские территории и создавать колонии. Экономически Америка шла на подъем, но семена ее собственной гибели уже были посеяны, а либертарианец, наблюдающий за происходящим, смог бы понять, что пора бежать -
L: [Смеется] Это было бы несколько преждевременно…
Doug: [Усмехается] Да, несколько рановато. Как отмечал Адам Смит (Adam Smith), в стране разруха.
L: С другой стороны, тогда бы удалось уйти до войны между штатами – катастрофы, которой стоило избежать.
Doug: Нет, Испано-американская война была в 1898 году.
L: Ой! Простите, я думал о том, что американцы называют американо-мексиканской войной, а мексиканцы считают «американским вторжением» -
Doug: [Смеется]
L: Я не шучу. Так они назвали ее в учебниках истории, которые мне давали в мексиканских школах, когда я жил там в 70-х годах. Мне давно казалось, что это был угрожающий поворот к худшему для США и очевидный пример завоевания более слабого соседа только ради грабежа – не только Техаса, но и всех территорий, начиная оттуда вплоть до границ Калифорнии.
Doug: Так и есть. Дэви Крокетт (Davey Crockett) и ребята, мы их любим, но они во многом были похожи на сегодняшних мексиканцев, которые хотят реколонизировать юго-запад и вернуть его Мексике, называя это Реконкистой.
L: Это действительно так, но для большинства сегодняшних американских налогоплательщиков это древняя история – мне напоминают, что во многих случаях некорректно называть их американцами.
Doug: Да, как и неверно называть римлянами людей, живших в Римской Империи после Диоклетиана, потому что граждане Рима некогда были свободными людьми. Примерно после 300 года нашей эры большинство из них были привязаны к земле или своим занятиям в качестве рабов. Но падение Рима началось, по крайней мере, за 120 лет до этого, после смерти Марка Аврелия. Распад в политическом смысле начался после вступления на престол Юлия Цезаря за 240 лет до этого. Так что когда по-настоящему начался развал – политический, экономический и социальный – в США? С какого момента тренды перестали быть повышательными?
L: Со времен Франклина Рузвельта? «Новый курс» действительно был моральной, экономической и политической критической точкой.
Doug: Можно сказать и так, но в США все-таки происходил экономический рост, несмотря на палки, которые Рузвельт вставлял в колеса экономики. Военная мощь и международный престиж США продолжили расти с того момента, хотя, как это ни парадоксально, именно ускоренный рост американской армии напрямую связан с экономическим спадом в США и ограничением личной свободы. Одной из причин подъема США после Второй мировой войны было то, что они были единственной крупной страной, которая не была физически разрушена войной.
L: Да, и правда.
Doug: Так что, по моему мнению, пик американской цивилизации пришелся на 1960-е годы. В качестве доказательства я бы хотел привести Кадиллак образца 1959 года. Эти двойные вытянутые габариты, его роскошность… С точки зрения технологии, существующей на тот момент, ничего лучше быть не могло.
L: «Роскошный. У меня он есть».
Doug: [Смеется – хохочет] Это моя любимая реклама! В любом случае, по-моему, это и была вершина. Хотя ситуация продолжала какое-то время изменяться к лучшему, в США начал заканчиваться капитал.
L: Нужно было платить и за пушки, и за масло.
Doug: Точно. Так называемое «Великое общество» администрации президента Джонсона (Johnson) создало новый громадный федеральный бюрократический аппарат, обещавший американцам бесплатную еду, жилье, медицинское обслуживание и так далее. Американцы стали настоящими подопечными государства. Но реальный, последний гвоздь в крышку гроба Америки забили в 1971 году -
L: Когда Никсон (Nixon) вывел США из золотого стандарта.
Doug: Когда Никсон вывел США из золотого стандарта – то есть открыто девальвировал доллар вкупе с введение зарплатного и ценового контроля на несколько месяцев. И это случилось вскоре после принятия так называемого Закона о банковской тайне, который отменял банковскую тайну и требовал сообщать обо всех иностранных финансовых счетах. Никсон во многом был еще большей катастрофой, чем Джонсон. Республиканцы обычно хуже демократов, если говорить о свободе, отчасти потому что им нравится обосновывать свои бесчинства разговорами о защите свободного рынка. В то время как все понимают, что демократы, по сути, являются социалистами, республиканцы действительно считают, что капитализм – это плохо. Отличным примером недавнего времени является Буш-младший.
L: Но вам не стоит забивать свои головки проблемой девальвации – это просто «страшилка» - до тех пор, пока вы не превратитесь в одного из этих непатриотичных людей, которым хочется покупать импортные товары или проводить отпуск за границей, завтра ваш доллар будет стоить столько же, сколько он стоит сегодня. Самое страшное здесь – это то, что когда в начале года курс белорусского рубля упал почти на две трети, местный диктатор Лукашенко сказал почти то же самое, спросив своих сограждан, зачем им ездить в отпуск в Германию или покупать немецкие машины…
Doug: Видите, почему мне нравится изучать историю? Она не повторяется, но она определенно рифмуется…
L: Еще как.
Doug: Так что, в любом случае, с 1971 года кое-что улучшалось в основном благодаря технологическим продвижением, но Америка Какой Мы Ее Знали исчезала в прошлом. Это был решительный поворотный момент. Это можно увидеть в быстром распространении необъявленных войн, которые мы вели с того времени. Я не только имею в виду мелкие вторжения в Гранаду и Панаму – США всегда помыкали Карибскими и Центрально американскими банановыми республиками; это просто войны ради забавы. Но Ирак и Афганистан – это чуждые культуры на другой стороне света – не говоря уже о том, что они никогда ничем не угрожали США. Теперь, похоже, на повестке дня Иран и Пакистан – и это крупная дичь. Война Против Ислама началась всерьез, и для США это кончится плохо. Я все это подробно объяснял в докладе Научиться дружить с террором, которую я в прошлом месяце написал для The Casey Report.
Что касается нашей страны, в начале разговора ты очень точно сказал, что США превращается в полицейское государство. В Интернете можно встретить все больше роликов не только о жестокости полицейских, но демонстрирующие милитаризацию и федерализацию полиции, которой внушается презрение и паранойя по отношению к рядовым гражданам.
Раньше если тебя останавливали за превышение скорости, мирный офицер вел себя вежливо – можно было выйти из машины, встретиться с полицейским на нейтральной территории и поболтать с ним. Если ты не был явно пьян или агрессивен, то серьезных проблем не возникало. Теперь же не смеешь и пошевелиться. Лучше держать руки на виду на руле и быть готовым подышать в трубочку даже если на это нет особой причины. Сотрудник правоохранительных органов будет стоять рядом с тобой, держа руку на пистолете. И теперь именно тебе лучше быть вежливым.
L: Ситуация изменилась на прямо противоположную. Раньше полицейские обращались к гражданам «сэр» или «мадам». Теперь же, если тебя остановили на дороге, правильно отвечать нужно так: «Да, сэр! Я мечтаю познакомиться с подошвой вашего ботинка, сэр!»
Doug: [Смеется] Именно. Мой друг Марк Виктор (Marc Victor) раздает намагниченные визитки. Люди спрашивают, зачем он это делает. Он отвечает, что клиенты могут разместить их на днище машин или на дно холодильника, чтобы видеть их, когда копы уложат их на пол.
L: Марк – хороший человек. На его сайте есть полезное видео с советами о том, что делать, если вас остановила полиция для проверки.
Doug: Хорошая социальная реклама. В любом случае, я думаю, США, несомненно, прошли точку невозврата во всех аспектах: политически, социально, морально, а теперь и экономически…
L: Хорошо, Даг, но ты говорил то же самое и в 1979 году. Вопрос в том, как узнать, когда дверь скоро закроется?
Doug: [Смеется.] Ну, иногда я чувствую себя как тот мальчик, который кричал: «Волки». Но римские писатели вроде Тацита и Саллюста видели, куда катится Рим, когда ситуация полностью вышла из-под контроля. Им не надо было ничего говорить из опасения, что будет слишком преждевременно? Здесь в США все должно было рухнуть еще в 1980-х, но нам повезло. Все же существовал мощный импульс роста, который может оказывать действие десятилетиями, если говорить о цивилизациях. Случился компьютерный бум производительности. Рухнул Советский Союз, произошла либерализация Китая, а коммунизм дискредитировал себя повсюду, кроме американских университетских кампусов. Конец Холодной войны открыл для мирового рынка громадные территории. А самое удивительное, что Волкер (Volker) сократил денежную массу и процентные ставки выросли, из-за чего люди стали делать накопления и прекратили брать кредиты на покупку товаров.
L: На этот раз этого не происходит.
Doug: Нет. Тогда нам повезло. С 90-х годов у нас наблюдается затяжной и совершенно искусственный, движимый за счет кредита, бум, который теперь подходит к концу. Я чувствую полную уверенность, что на этот раз выхода нет. Существуют громадные диспропорции и нерациональное использование капитала, которые вошли в систему на протяжении двух десятков лет. И на этот раз – не только в США, но и в Европе, Китае, Японии и повсеместно.
В США наблюдается очевидный спад. Очень серьезным является тот факт, что, несмотря на доведение военных расходов до банкротства без выгоды для американского народа, власть имущие открыто и агрессивно говорят о нападении на новые страны – в особенности Ирак и Пакистан. Тот факт, что они атаковали Ливию – что, впрочем, обернется полной катастрофой, и гражданская война продлится многие годы – показывает, что они не собираются остановиться. Конечно, Обама (Obama) вывел войска из Ирака – еще одна катастрофа, которая останется таковой в ближайшие годы – но в то же время он отправил полевые войска в Уганду, а также в Австралию, чтобы спровоцировать китайцев.
Я читал сообщения о том, что людям не дают вывезти золотые монеты из США, в частности, в Хьюстоне. Теперь военным разрешено задерживать американских граждан на американской земле, без суда и на неопределенный срок, и не сегодня-завтра это будет узаконено. А беспилотники Predator используют, чтобы преследовать фермеров на их собственных ранчо.
Я бы мог продолжать и продолжать. Это не то же самое, что обнаруживать ранние признаки упадка в американских захватнических войнах 19-го века или ухудшения ситуации при Рузвельте. Большинство людей неспособны понять это из-за шума и беспорядка, но мы стоим накраю пропасти.
L: Не думай о том, где в точности находится край, просто представьте, что он уже здесь, и примите соответствующие меры?
Doug: Да. Он и так здесь. Это очевидная и реально существующая опасность. Но большинство американцев так же слепы ко всему происходящему, как немцы в 1930-х. По сути, большинство из них поддерживают происходящее, как большая часть немцев поддерживала свое правительство в 30-е и 40-е годы.
L: Итак… не старайтесь точно вычислить, когда закроются ворота. Допустим, что они закрываются сейчас?
Doug: Так и есть. Нужно активно и решительно стремиться к выводу активов, наличных и даже самих себя. Разумный человек всегда диверсифицирован как в политическом, так и в международном плане.
L: Как насчет тех, кто выполняет работу, которую нельзя делать из-за границы, и кому нужен источник дохода?
Doug: Им все равно стоит быть максимально подготовленными, быть готовыми уйти в отпуск, когда ситуация станет опасной, - отпуск, из которого они могут не вернуться в течение долгого времени. Учитывая истерику, которая создается в США, не хватает только реальной или воображаемой террористической атаки. Министерство национальной безопасности закроет границы. Мне бы не хотелось этого признавать, но я почти начинаю верить рассказам об этих лагерях ФЕМА (Федерального агентства по управлению страной в кризисных ситуациях)
Слушай, я знаю, что это звучит как крайность, и параллели с довоенной Германией проводились много раз, но это стоит повторить. Германия была самой грамотной, цивилизованной и даже в некоторых смыслах зрелой страной в Европе. Она вызывала массу восхищения у всего мира – нация лавочников, мелких фермеров и гуманитариев. Но обстановка начала полностью меняться в 1933 году, и становилась все хуже и хуже. К концу 1939 года с теми, кто не успел уехать, было покончено.
L: [Задумывается] Что ж, не особенно радостная мысль. И что предпринять?
Doug: То, о чем мы говорили раньше: открывать счета в иностранных банках в тех странах, куда вам нравится ездить, пока это возможно. Договориться о хранении физических драгметаллов за пределами США. Покупать иностранную недвижимость, которой вы хотели бы владеть, потому что ее невозможно насильно конфисковать. Оффшорные трасты защиты активов – тоже хорошая идея. Станьте Международным человеком. Позвольте отметить, что американские налогоплательщики должны действовать в рамках законов США, потому что последствия их нарушения невероятно драконовские.
В общем и целом, нужно попросту интернационализировать свои активы. Величайшая опасность, грозящая инвесторам на данный момент – это не рыночный риск, каким бы большим он ни был, а риск политический. Единственный способ оградить себя от такого риска – политическая и географическая диверсификация.
L: Что ж, отлично… Умный понимает с полуслова. Спасибо за мнение.
Doug: Всегда пожалуйста. Большинство не поймут, но я лишь надеюсь, что читатели внемлют.
