Текст подано мовою оригіналу
Принятие закона о реинтеграции Донбасса стало ключевой темой для обсуждения в экспертной среде. В том числе в аспекте возможной линии поведения России. Не оспаривая важность принятого парламентом закона, считаю необходимым обратить внимание на глубинные мотивы действий России в отношении нашей страны, которые вряд ли могут быть подвержены ревизии в среднесрочной перспективе.
Для того, чтобы понять реальные мотивы агрессивной внешней политики России, необходимо принять тот факт, что президент РФ В.Путин подвержен влиянию сторонников геополитики. После того как он стал у руля государства, у него появились советники – Н.Нарочнинская, А.Дугин, С.Караганов — которые на все лады начали ему рассказывать о кознях Запада в русле выдуманной на Западе же доктрины геополитики (геополитика – это конкретная теория со своими постулатами, но нынешнее использования термина «геополитика» стало общим местом и зачастую не имеет отношения к исконному понятию).
«Изобретение» доктрины геополитики в 1904 г. членом Королевского географического сообщества британцем Х.Маккиндером и дальнейшая разработка ее постулатов (стоит отметить вклад американца голландского происхождения Н.Спайкмена), приносило и продолжает приносить очень много вреда — и в 1939-1945гг., ведь Гитлер был геополитиком, и сейчас, когда Путин стал геополитиком. Важно заметить, что, как утверждал Дж.М.Кейнс, на практических политиков серьезное влияние оказывают мыслители прошлого и добавлял — оказывают и тогда, когда они правы, и тогда, когда они ошибаются. Нелегко предположить, что кому-то сейчас захочется физически контролировать «Хартлэнд» («сердцевинную землю»), помещенный отцом-основателем геополитики Маккиндером почему-то именно в России. И за который, согласно его доктрине, в той или иной форме якобы идет непрекращающаяся война между талассократами (морские державы) и теллурократами (материковые державы).
Но идея о заговоре Запада, особенно для бывшего разведчика Путина, стала настолько привлекательной, что вытеснила иные мотивы. Тем более, что на Западе хватало и хватает своих влиятельных сторонников геополитики (З.Бжезинский, А.Шлезингер-младший, Ф.Энгдаль, Дж.Фридман и др.). А формирование неподалеку от границ РФ линейки стран-членов НАТО (из числа государств-лимитрофов, которыми они являются в соответствии с учением Маккиндера), указывает на то, что западные элиты в своей практической деятельности руководствуются именно доктриной геополитики.
Т.о., возникла следующая ситуация: невзирая на то, что Путин начинал свою карьеру как дружественный Западу политик (вспомним его обращение к американскому народу после терактов 11 сентября 2001 г.), невзирая на то, что лидер РФ всегда хотел стать членом элитного клуба избранных (G-8, G-20), теперь он считает, что Запад, несмотря на стремления Путина к дружбе, хочет лишить его власти, а потом расчленить Россию, так как Западу, по мнению Путина, нужен «Хартлэнд».
Хотел ли Запад и хочет ли он сейчас сделать то, о чем говорит и думает Путин? Невозможно ни однозначно утвердительно, ни однозначно отрицательно ответить на этот вопрос. Скорее представляется, что не хочет. Парадигма Запада со второй половины ХХ века изменилась. Запад теперь все чаще предпочитает добиваться своих целей относительно мягкими малозатратными способами (хотя, бывают и исключения), используя т.н. доктрину «мягкой силы», т.е. в рамках мирных международных договоров, промышленной и торговой политики, с уважением суверенитета тех стран, с которыми они ведут переговоры. Прямой контроль над территориями к таким способам не принадлежит.
Но в нашем случае важнее другое: верит ли Путин, что Запад не стремится к физическому контролю над Россией? Скорее всего, Путин думает по-другому. Одна из аксиом геополитики гласит, что Россия как империя нежизнеспособна без Украины, и если Россия потеряет Украину, то лишь вопрос времени, когда Россия рухнет. Путин, судя по всему, убежден, что после вхождения Украины в ЕС и НАТО (сугубо гипотетического в действительности, но реального в сознании Путина) дни России будут сочтены. Разве может он такое допустить? Военная агрессия РФ против Украины – реакция руководства России на возможную полную утрату контроля над территорией, которая несколько веков была частью Российской империи и 75 лет была территорией СССР.
Поэтому в ближайшей перспективе мир и, тем более, Украину ничего хорошего не ожидает. С одной стороны, западным лидерам трудно, почти невозможно доказать Путину, что им не нужен физический контроль над территорией России. С другой стороны, реальный экономический вес РФ в мире радикально не соответствует ее желанию быть великой державой. А в меркантильном современном буржуазном мире только это учитывается в первую очередь. С третьей стороны, в рамках той демократической парадигмы, в которой существует западный мир, любая из стран, и Украина – не исключение, имеет право на самоопределение (пусть и формальное).
Но, Путин «закусил удила» и, похоже, не сдастся до конца. Причем он уверен, что:
— народ России терпелив и вытерпит ухудшающееся экономическое положение и сейчас и в более отдаленной перспективе (и тут он, скорее всего, прав);
— Запад силен экономически, но слаб духовно. На Западе не готовы нести физические потери населения в случае вероятных масштабных военных действий. А россияне готовы («на миру и смерть красна» — эту фразу Путин неоднократно повторял);
— экономическая ситуация в РФ не ухудшится настолько, чтобы цены на нефть стали критичными для экспорта энергоносителей, главной статьи доходов, формирующих и ВВП, и федеральный бюджет России, а, следовательно продержаться можно долго;
— и, наконец, как поклонник восточных единоборств, Путин уверен в себе и в своей готовности защитить себя от угрозы, какой она ему видится.
Итак, возьму смелость утверждать, что геополитика и только она – причина агрессивной внешней политики России. Согласно аксиомам геополитики, потеря Севастополя — это разрыв «Большой дуги». Имеется в виду геополитическая дуга, на которой Россия должна держать оборону, согласно геополитической доктрине. Эта дуга проходит от Финляндии через Севастополь к югу Кавказа. Есть еще и «Малая дуга» — от Балкан через Сирию. Вот почему Путин вмешался в ситуацию в Украине и Сирии. А фундаментально все это опирается на психологию. Э.Канетти начинает свою работу «Масса и власть» словами о том, что человек инстинктивно боится чужеродного прикосновения и пытается его избежать. Приближение НАТО к границам России — это вероятное прикосновение к ней, и Россия, в лице Путина, инстинктивно боится этого. Цель России понятна — восстановление контроля над Украиной. Она намерена не позволить Украине быть сателлитом Запада, РФ не желает, чтобы американские и немецкие танки и ракеты стояли под Черниговом и Полтавой. И нельзя сказать, что Россия в этом совсем уж не преуспевает…
Еще при подготовке Версальского договора Маккиндер создал концепцию лимитрофных государств. Суть ее в том, что после распада Российской империи в 1917г., на ее окраинах образовались государства-лимитрофы (от латинского limes «рубеж» и греческого trophos «питающий») — западные губернии (Эстония, Латвия, Литва, отчасти Польша и Финляндия), которые выполняли роль защитного барьера и не имели права на самостоятельную внешнюю политику. Политики того времени использовали эту концепцию в своей практической деятельности. После второй мировой войны к государствам-лимитрофам стали относиться государства Восточной Европы. Т.е., сменился контроль над государствами-лимитрофами. После распада СССР российский геополитик В.Цымбурский (кстати, родившийся во Львове) доработал геополитическую концепцию государств-лимитрофов Маккиндера. Теперь к государствам-лимитрофам стал относиться пояс примыкающих к России государств, в т.ч. (или в первую очередь) и Украина. В РФ уверены, что существует опасность формирования из лимитрофов санитарного кордона с тенденцией превращения во враждебную России «санитарную империю». Считают небезосновательно — опоясывание России членами НАТО из числа бывших стран Варшавского договора и прибалтийских республик бывшего СССР указывает на то, что западные элиты руководствуются в своей практической деятельности доктриной геополитики и концепцией государств-лимтрофов. Поэтому борьба за лимитрофы — это то, что сейчас происходит с Украиной. А так как парадигму геополитики и концепцию лимитрофных государств, а также теорию Римлэнда (автор – Спайкмен), которая описывает важность контроля «дуги», окружающий Хартлэнд, разделяют ведущие акторы мировой политики, Украина обречена на ограниченную субъектность во внешней политике.
Что будет происходить в среднесрочной перспективе? Борьба за Украину продолжится. Полагаю, мы наблюдаем пусть и длительную, но все же временную передышку. Промежуточные цели Путиным достигнуты — т.н. «Новороссия» не состоялась, но анклав нестабильности в Украине создан. Сложившаяся парадигма развития событий вероятно будет подталкивать Путина к дальнейшей дестабилизации ситуации. Возможной активизацией агрессии в Украине Путин будет стараться сформировать новые «условия игры» с Западом и новые поводы для торга, в которых Путин, как тактик, но не стратег, будет искать новые выгоды для себя. Особенно тревожно то, что РФ находится в ситуации, когда она вынуждена повышать ставки. И чем сложнее будет для нее ситуация, тем на более сильный риск может пойти Путин – сталкиваясь со сложными обстоятельствами, люди, зачастую, делают отчаянные ставки, принимая высокую вероятность еще большего осложнения ситуации в призрачной надежде избежать крупной потери (о том, что это значит для Путина потеря Украины, написано выше). Беря на себя подобный риск, можно превратить поправимую неудачу в настоящую катастрофу. Да и шантаж войной может трансформироваться в войну – верховный военно-начальник несвободен от влияния своих генералов.
Запад, скорее всего, продолжит работу в направлении санкций. С моей точки зрения, западные элиты, если они дальновидны, заинтересованы в сохранении санкций не столько для восстановления госсуверенитета Украины, сколько для военно-технического и экономического ослабления России, своего геополитического противника, которому они дали окрепнуть на протяжении 2000-2013 годов. Теперь элиты Запада осознали свою ошибку.
Вопрос только в том, что произойдет быстрее — экономический и технологический коллапс России или еще до наступления коллапса у Путина сдадут нервы и он начнет войну: масштабную с применением обычных вооружений или же локальную с ограниченным, но все же с применением ядерного оружия.
История учит, что нельзя недооценивать решимость таких политиков, как Путин. В своих мемуарах, А.Шпеер один из бонз Третьего рейха, входивший в близкий круг Гитлера, и имевший возможность наблюдать его очень близко, писал, что любимым выражением Гитлера была фраза из древнеисландского эпоса «Старшей Эдды»: «Все пройдет, ничего не останется, кроме смерти и славы о подвигах». Остается лишь надеяться, что Путин не позволит подобного рода устремлениям взять вверх. Но уверенности в этом нет.
Поэтому Украине необходимо готовиться к отпору новой волны российской военной агрессии. Вряд ли ее очередная фаза начнется раньше второй половины года. Причина банальна – футбол. Путин, скорее всего, не пойдет на дальнейшее обострение отношений с Западом до окончания чемпионата мира по футболу, который пройдет в России (июнь-июль). Однако, после него обострение ситуации достаточно вероятно. Это не только аналогии с поведением Путина до и сразу после Олимпиады-2014 в Сочи, дело в том, что июль-сентябрь – удобное время для проведения наступательных военных действий со всех точек зрения.
Конечно, сложно не вспомнить Наполеона, который говорил, что «большие батальоны всегда правы». Но в истории неоднократно были случаи, когда малая страна побеждала в войне большую страну. Думаю, что ближайшие полгода Украине нужно подготовить задел для этого – военный, дипломатический, экономический. Вот только трезвое осознание качества наших властных элит не дает оснований быть уверенным в том, что имеющееся время будет использовано эффективно…
Вернемся к утверждению Кейнса о том, что на практических политиков серьезное влияние оказывают мыслители прошлого и тогда, когда мыслители правы, и тогда, когда ошибаются. Посмотрите на действия основных мировых акторов за последние более чем 100 лет и скажите, что в их основе лежит не геополитика, а что-то иное…
Доктрина геополитики оказалась увлекательно красивой. В стиле Вагнера и его «Кольца Нибелунгов». Политики, как дети — любят сказки. Вот сказка Маккиндера и понравилась английским лордам. Потом она завладела умами политиков других стран — ведь не может же какой-нибудь условный лорд Гладстон ошибаться, думали они!
А по сути Кейнс сказал: «Вы себе, господа, не представляете — какие странные мысли доминируют в головах влиятельных политиков! Где они их набрались? Они уже и не помнят. Оценить качество доктрины геополитики? Спросите чего-нибудь полегче. Но именно на основании этой доктрины и принимаются судьбоносные решения для всего человечества». В т.ч. и судьбоносные решения для Украины принимаются на базе постулатов геополитики, какой бы псевдонаучной она не казалась…
В'ячеслав Бутко, для "Хвилі"
