Всего лишь несколько лет назад могущественная идеология - вера в свободный и неограниченный рынок - привела мир на грань разорения. Даже во времена её расцвета с начала 1980-х гг. до 2007 г., дерегулированный капитализм в американском стиле привёл к большему материальному благополучию только лишь очень богатых в самой богатой стране мира. Действительно, в течение 30-летнего господства этой идеологии, большинство американцев из года в год наблюдали как их доходы сокращаются или стагнируют.
Более того, рост производства в Соединённых Штатах не был экономически устойчивыми. При наличии такого большого национального дохода США, который получали немногие, рост мог продолжаться только через потребление, которое финансировалось с помощью создания кучи долгов.
Я был среди тех, кто надеялся, что, так или иначе, финансовый кризис должен преподнести американцам (и другим) урок о необходимости большего равенства, более жесткого регулирования, а также лучшего баланса между рынком и государством. Увы, это не так. Напротив, возрождение правой экономики, движимой, как всегда, идеологией и особыми интересами, вновь угрожает мировой экономике – или, по крайней мере, экономикам Европы и Америки, где эти идеи продолжают процветать.
В США это правое возрождение, приверженцы которого явно стремятся отменить основные законы математики и экономики, угрожают форсировать дефолт государственного долга. Если Конгресс голосует за расходы, которые превышают доходы, то будет дефицит, и этот дефицит будет финансироваться. Вместо того, чтобы аккуратно выстраивать баланс между преимуществами всех программ государственных расходов и затратами на повышение налогов для финансирования этих льгот, используются топорные методы, направленные на недопущение роста национального долга силовым ограничением расходов налогами.
Это оставляет открытым вопрос, какие расходы должны быть приоритетными - и, если расходы по уплате процентов по государственному долгу таковыми не являются, дефолт неизбежен. Более того, сокращение расходы сейчас, в разгар нынешнего кризиса вызванного идеологией свободного рынка, неизбежно лишь продлит экономического спад.
Десять лет назад, в разгар экономического бума, США столкнулись с настолько большими излишками, что они угрожали ликвидировать государственный долг. Сокращения налогов и войны, основная рецессия и высокие расходы на здравоохранение, частично подстегиваемые приверженностью администрации Джорджа Буша-младшего к предоставлению фармацевтическим компаниям полной свободы действий в установлении цен, даже с государственными деньгами на кону, быстро трансформировали огромный профицит в счет дефицита мирного времени.
Возмещение дефицита США следует непосредственно из этого диагноза: нужно заставить Америку работать, стимулируя экономику; положить конец бессмысленной войне; обуздать военных и лекарственные расходы, а также повысить налоги, по крайней мере, для очень богатых. Но правые не говорят об этом, а, наоборот, настаивают на еще большем снижении налогов для корпораций и богатых, а также сокращении расходов на инвестиции и социальную защиту, что поставило под вопрос будущее экономики США и и то, что осталось от общественного договора. Тем временем, финансовый сектор США находится под воздействием лобби, которое пытается выйти из рамок правил, так что все может вернуться к прежним, катастрофически беззаботным методам управления.
В Европе дела несколько лучше. Когда Греция и другие страны столкнулись с кризисом, дежурная медицина просто предложила пакеты жёсткой экономии и приватизации, которая будет просто оставить стран, которые сделают их ещё более бедными и уязвимыми. Это лекарство оказалось не действенным в Восточной Азии, Латинской Америке, и где-либо еще, и сейчас в Европе оно также не сможет помочь. Как мы видим, эти меры уже потерпели неудачу в Ирландии, Латвии и Греции.
Есть альтернатива: стратегия экономического роста при поддержке Европейского союза и Международного Валютного Фонда. Рост восстановит уверенность, что Греция сможет погасить свои долги, в результате чего процентные ставки упадут и предоставят больше финансовых возможностей для дальнейших стимулирующих рост инвестиций. Рост сам по себе повышает налоги и снижает потребность в социальных расходах, таких, как пособие по безработице. А уверенность, что это произойдёт приводит ещё и к дальнейшему росту.
К сожалению, финансовые рынки и правые экономисты получили задачу с противоположными установками: они считают, что строгие меры способствуют доверию, а доверие будет способствовать росту. Но строгие меры подрывают рост, ухудшают финансовое положение правительства или, по крайней мере, уступают предложениям сторонников более мягких мер. В обоих случаях, доверие подорвано, а спираль продолжает раскручиваться.
Нужен ли нам ещё один дорогостоящий эксперимент с идеями, которые повторяют ошибки? Мы не должны, но все чаще кажется, что нам, тем не менее, придётся терпеть еще один кризис. Если попытки возврата к устойчивому росту в Европе или США закончатся провалом, это будет плохо для мировой экономики. Ошибка для обоих будет иметь катастрофические последствия - даже если основные страны с растущими рынками достигли самоподдерживающегося роста. К сожалению, преобладают менее мудрые, которые и направляют мир туда, куда он движется.
