Валентин Наливайченко бросил перчатку в лицо самому президенту. Его июньская отставка с должности председателя СБУ стала одним из наиболее резонансных событий уходящего лета.
Версий, домыслов и гипотез в связи с глобальными рокировками в Службе безопасности Украины озвучивалось немало. Чаше всего (особенно после кровавых событий в Мукачево) — в контексте контрабандных потоков, о которых вдруг все начали громко говорить, и «золотые ключики» от которых, по информации, находятся именно в СБУ.
Но то, что отставка Наливайченко — решение политическое – стало понятно после начала активной кампании по его травле.
Сперва некоторые СМИ растиражировали информацию о статусе участника АТО, который якобы «выбил» для себя Наливайченко.
Но эту инфу опроверг Маркиян Лубкивский, который после отставки своего шефа также ушел из СБУ…
Затем Виталий Кличко заявил, что Наливайченко после отставки пойдет в политику, точнее — пойдет работать в партию УДАР. На что сам Наливайченко ответил: «Есть «лидерские» проекты, которые связывают с тем или иным олигархом. Я этого не люблю. Поэтому отказался в том числе и от политических должностей в партии «УДАР». Как отказался и от других руководящих должностей в других проектах».
Наливайченко оказался прозорливым политиком. На момент написания интервью партия УДАР практически прекратила свое существование. Она в буквальном смысле «слилась». С Блоком Петра Порошенко. И все ради нескольких проходных мест для Кличко и его друзей – киевских застройщиков, владельцев МАФов и обладателей крупной столичной недвижимости.
Сегодня Валентин Наливайченко не признается, с какой политической силой планирует связать свое будущее.
Но некоторые эксперты считают, что он уже начал работать над своей президентской кампанией. Впрочем, его последние высказывания в СМИ не могут не натолкнуть на подобную мысль.
«Эти документы свидетельствуют убедительно, без всяких сомнений, об использовании народными депутатами преступных схем по выведению украденных у украинцев и Украины денег в оффшоры», – заявил недавно Наливайченко, комментируя обнародованные в СМИ документы, подтверждающие: президент Порошенко и нардеп Кононенко связаны с оффшором Intraco Management LTD, который занимается отмыванием денег.
Наливайченко подчеркнул, что суммы переводов огромны – в документах указаны постоянные переводы 150 тыс., 200 тыс., 300 тыс. евро.
Только за один такой перевод можно было бы отстроить полностью разрушенную Сартану в Донецкой области, а за месячный объем выведенных денег приобрести 50 танков «Булат», небезосновательно считает политик.
В этих документах четко указано, что олигархическая группа «Укрпроминвест» – это тот спрут, который организовал народный депутат, он же «смотрящий» в парламенте от фракции БПП», – рассказал тогда Наливайченко.
Подобные заявления – это, безусловно, перчатка, брошенная в лицо Порошенко.
Наливайченко сообщил, что направил запросы в международные структуры по борьбе с отмыванием денег – ФАТФ, министерство внутренних дел Австрии (поскольку из оффшоров деньги, согласно документам, переводились в австрийские банки) и в другие страны-члены ЕС. Кроме того, экс-глава СБУ сообщил, что обратился к правительствам других стран и к тем структурам, которые помогут «не дать уничтожить доказательства за границей и поспособствуют возвращению выведенных денег».
Направил он запросы и в украинские правоохранительные органы. Заниматься этим делом должны ГПУ, Антикоррупционное бюро, Национальный банк, МВД, уверен политик. Но будет ли ответная реакция перечисленных силовых структур Украины – большой вопрос. Ведь сама информация, озвученная Наливайченко, была жестко зачищена из информационного пространства страны.
Поэтому мы решили пообщаться с господином Наливайченко о коррупции и о «смотрящих» в украинском парламенте, о контрабандных потоках и нежелании сегодняшней власти менять систему, о политических амбициях вчерашнего руководителя Службы безопасности и о его взглядах на происходящее в стране и мире.
- Валентин Александрович, с высоты двух с половиной месяцев после вашей отставки, можете, наконец, сказать, что послужило ее реальной причиной?
- С первых дней работы у меня было два приоритета – во-первых, все ресурсы Службы мы направили на борьбу с внешним агрессором и против внутреннего терроризма. 6 дней я провел в Луганске, принимая участие в антитеррористической операции, хотя сейчас меня пытаются этим дискредитировать. Хотя я не просто был там — я лично руководил антитеррористической операцией. Но это уже тема другого разговора…
И второй приоритет — коррупция. После моего возвращения (руководителем СБУ – МИР) коррупционеры поняли, что не будет им жизни. Я не люблю себя пиарить. Но — мы сразу взяли на серьезной взятке руководителя Службы по чрезвычайным ситуациям. Это был уровень министра. Но это был для всех только первый звоночек. Я уже тогда дал понять: уважаемые, не надо играть с огнем. После этого вычищали коррупцию в Минэкологии. На взятках задерживались не просто руководители департаментов и их посредники — задерживались руководители министерства. Вспомните Наливайченко, который выходил тогда и от имени СБУ говорил: освобождайте этих людей от должностей, возбуждайте против этих «стиральных машин» уголовные дела. И к премьеру были обращения, и к президенту… «Укрзализныця», «Надра Украины», целые министерства, целые государственные монополии…
- Когда вы почувствовали, что подошли очень близко к некой «точке невозврата»?
- Лично для себя «достаточно» я сказал, когда эти коррупционеры сожгли половину Киевской области (пожар на нефтебазе «БРСМ-Нафта» в Васильковском районе Киевской области — МИР).
Ведь и на офшоры, и в «черную» кассу выводились деньги из этих же нефтебаз… Я иду, докладываю президенту — как делал это и раньше — как, что, где, кто за всем этим стоит. Я — на своем личном авторитете — приглашаю лучших специалистов из ФБР, потому что убежден, что коррупцию надо не только уничтожить «под корень», необходимо передать все документы, все собранные свидетельства в Генпрокуратуру. И, самое главное — вернуть украденные деньги государству, иначе ты не борец с коррупцией… Ведь так нельзя – тех задержал, а «своих» не задержал. Нет-нет-нет, так не должно быть… Поэтому из США приезжают лучшие специалисты, мы берем на себя обязательства, я передаю все наработанные документы в ГПУ, докладываю обо всем президенту… Через пять часов, в субботу, в восемь вечера меня вызывают на допрос в Генпрокуратуру… Это нормально? Вот это для меня и стало последним звонком…
- Но дело о пожаре на нефтебазе так ведь ничем и не закончилось?..
- Я тогда сказал: хватит врать людям, хватит врать, что вы боретесь с коррупцией… Если вы меня допросами останавливаете – так что же говорить о простом следователе или предпринимателе…
Кстати, после того, как я ушел – знаете, что произошло? «Зачистили» всех… Руководителя следствия выгнали. В СБУ сегодня работают молодые, энергичные энтузиасты, украинские патриоты. Я создавал эту команду не один день и не один месяц… А их всех сейчас таскают по допросам. А самое главное — так и не возвращены украденные из Украины деньги. Что они сделали, спрашиваете? Своих «закрышевали»
- И это им сошло с рук…
- Нет, не сошло… Если там, наверху, думают, что у них все хорошо — это их огромная ошибка. Потому что я теперь намного более эффективен. Я ушел из власти… Многие мои единомышленников вместе со мной начинают целый ряд антикоррупционных инициатив. Мы теперь начнем не просто обнародовать все факты коррупции, не только привлекать международную общественность к этому обнародованию — мы будем формировать санкционный список коррупционеров в нынешней власти. Он уже начал формироваться. Если им непонятно, что надо бороться с хищением денег и отмыванием – мы им поможем…
Например, я знаю, в какие банки переводятся все украденные деньги. Называю вам первым — это Raiffeisen Zentralbank. Все счета находятся там… И это – только начало. Я буду озвучивать много интересной информации.
В 2014 году мы много усилий приложили, документируя акты коррупции предыдущей власти, и первый список санкций ЕС, и сделки правительства Азарова, и сделки Януковича — этим мы занимались. Но за это время уже новые коррупционеры взяли на вооружение те же схемы, «подставили» их в свои офшоры и уже через них действуют…
- Но власть чувствует себя очень уверенно…
- Я бы так не сказал. Знаете, каждый вор или лжец думает, что он уже столько наврал, что может дальше спокойно воровать. Или наоборот — уже так много наворовал, что теперь может продолжать врать… Но это неправильный путь развития страны. Это мое глубокое убеждение. Не надо демонстрировать борьбу ради борьбы… Где задержания? Кого посадили? Каждый профессионал скажет – да, это рутинная, тяжелая и незаметная работа. Но это работа — отделов внутренней безопасности ГПУ, МВД или СБУ. Повторю — в каждом из этих ведомств есть подразделение внутренней безопасности. Но для общества важна именно эта рутинная работа, которая приводит к конкретным результатам. Ну вот задержали вы «бриллиантовых прокуроров», которых, кстати, тут же выпустили – так покажите обществу всю пирамиду: кому носили, кто поручал носить, что, в результате, вернули в бюджет, какие сроки заключения за это получили, и — главное — кто именно, поименно…
- Но ведь никто не проводит этой рутинной работы…
- Именно. Это называется — имитация.
- Значит, все-таки, там, на Олимпе, уверены в своем политическом долгожительстве?
-Я вам так скажу: ни одно воровство не может долго оставаться в тени…
- Но вы посмотрите — рейтинги президента (в отличие от «нулевых» рейтингов премьера) — все еще стабильны…
- Вы знаете, все эти рейтинги — это виртуальная реальность. А жизнь простых людей ничего общего с «нарисованными» рейтингами не имеет…
Сегодня политики заказывают себе рейтинги в каком-то модном социологическом центре — и там им «рисуют» то, что заказчик желает видеть. А выйдешь на улицу, поговоришь с людьми — никто этого «рейтингового» политика не поддерживает. А 48% народного доверия ему просто «дорисовали». К его двум. Это, знаете, как в ресторане — заплатил за музыку, и сидишь, сам ее слушаешь…
Зачем, например, необходимо бороться за возвращение наворованных средств в государственный бюджет? Чтобы создавать новые рабочие места!
Сегодня только один политический коррупционер отмывает за неделю до трех миллионов долларов. Посчитайте, сколько это выходит в месяц. И не дать украсть эти деньги — это значит профинансировать зарплату огромного предприятия, несколько батальонов в АТО, несколько тысяч пенсионеров. Вот это для меня — рейтинг. Не дать украсть или вернуть. Все остальное — от лукавого.
- Ваши заявления о коррупции в пропрезидентском окружении возмутили общество, а вот реакции властей на ваши заявления нет… Значит, все-таки, власть продолжает игнорировать подобную информацию? Что это — самоуверенность?
- …К сожалению. Вернее, к сожалению — для этой власти. Но это абсолютно не означает, что развитие гражданского общества остановилось. Будем дальше действовать. И наши действия будут весьма категоричны. И власть услышит — не от продажных социологов, а от правдивых журналистов. Власть услышит, какие у нее настоящие рейтинги и настоящие перспективы. Людей уже не удовлетворяет простая констатация, к примеру, шокирующих фактов коррупции — без последствий для фигурантов этих скандалов. Они требуют конкретных результатов. И мы поведем непримиримую борьбу, чтобы этих результатов добиться.
- Вы имеете в виду системную борьбу, или вы допускаете какие-то волнения в обществе?
- Все зависит от власти. Не надо днем рассказывать людям о реформах. Вы ночью не воруйте.
Я убежден: те, кто причастен к коррупции — даже те, кто сегодня на самом верху – должны оказаться за решеткой. Ошибка каждой новой власти в том, что они думают приблизительно так: «Вот мы пришли, такие умные, и мы украдем так гениально, что никто и не заметит». Это философия Лазаренко. Я бы посоветовал всем таким гениям сегодня позвонить ему и спросить — ну как оно, Павел Иванович, тебе сегодня живется? Много украденного ты смог себе оставить?..»
