Фондовые площадки всего мира отметили рождественские каникулы грандиозным обвалом. В итоге декабрь минувшего года для американского рынка акций оказался худшим с 1931 года, разгара Великой депрессии.
Индекс S&P500 за последний месяц 2018 года упал на 11%, индекс акций высокотехнологичных компаний Nasdaq — на 12%. Аналитики предупреждают: нынешний обвал может стать первой ласточкой нового глобального кризиса, который уже совсем близко.
Зима наступает
Лидерами падения в США стали компании, олицетворяющие славу и мощь американской экономики. Facebook обесценился за пять месяцев почти вдвое, акции General Motors за полгода подешевели на треть, бумаги General Electric стабильно снижались с начала года и в итоге к концу декабря растеряли две трети стоимости.
На биржах других стран наблюдается аналогичная картина: существенное снижение по итогам года продемонстрировали японский индекс Nikkei-225 и немецкий DAX, а французский CAC40 может посоперничать по масштабам обвала с Nasdaq, сдувшись с октября на 20%.
Аналитики говорят о худшем Рождестве на рынках со времен Великой депрессии. Financial Times напоминает, что за декабрь 1931 года S&P500 потерял "всего" 14,5%. Намек более чем прозрачен: мир стоит на пороге широкомасштабного кризиса. И его эпицентром, как обычно, обещает стать крупнейшая экономика мира.
Напомним, что обвал на американских биржах начался после заседания ФРС 19 декабря. Инвесторов напугало не само решение Федрезерва об очередном повышении ставки (это было ожидаемо), а комментарии его главы Джерома Пауэлла: он начал пресс-конференцию не дежурными заявлениями о силе американской экономики, а признанием, что со времени прошлого заседания ФРС возникли некоторые трудности, из-за которых Федрезерву пришлось снизить прогнозы по экономическому росту в США на 2019 и 2020 годы.
Ставки сделаны
Серьезные проблемы в экономике Соединенных Штатов — ни для кого не новость. Эксперты спорят лишь о том, что считать главной угрозой. Дональд Трамп видит основную проблему в политике Федрезерва, взявшего курс на повышение ставок. На фоне рождественского обвала рынков глава Белого дома в очередной раз заявил: "Единственной проблемой для американской экономики является ФРС".
Логика в этом есть: рост ставки повышает стоимость заимствований как для Минфина США, так и для американских корпораций. Мало того, параллельно с повышением ставки Федрезерв проводит программу сокращения балансового счета, выкачивая из экономики деньги.
Только за 2018 год ФРС сократила баланс на 110 миллиардов долларов. По оценкам экспертов американского Института международных финансов для рынка эффект от такой откачки денег равносилен повышению ставки на 0,4%.
Главный финансовый аналитик портала Bankrate.com Грег МакБрайд подсчитал, что за всю историю существования ФРС уже шесть раз пыталась сократить свой баланс: в 1921-1922, 1928-1930, 1937, 1941, 1948-1950 и 2000 годах. В пяти случаях после этого в экономике страны началась рецессия.
Эффект бумеранга
Между тем опрос управляющих инвестфондами, проведенный в декабре Bank of America, показал, что для них политика ФРС — только на втором месте в списке главных рисков (на нее указали 54 респондента). Основной же угрозой экономической стабильности 35% респондентов (61 человек) считают торговые войны.
Дело в том, что борьба Трампа "за справедливую международную торговлю" в конечном итоге сильнее всего бьет именно по американскому бизнесу. Так, автоконцерны General Motors и Ford оказались на грани банкротства и вынуждены закрывать заводы в том числе и из-за импортных пошлин на сталь и алюминий, введенных президентом США в апреле.
В результате металл в США стал стоить дороже, чем в любой другой стране мира, а себестоимость американских авто увеличилась на 1,5-5 тысяч долларов за штуку (в зависимости от класса).
После введения Китаем заградительных пошлин на американскую сельхозпродукцию на грани банкротства оказались тысячи американских фермеров, ранее поставлявших в Поднебесную сою, пшеницу, кукурузу, хлопок, миндаль, свинину, сорго, молочные и другие продукты.
В декабре Трамп и Си Цзиньпин договорились о приостановке торговой войны на три месяца, и Пекин объявил о возобновлении закупок американской сои, поскольку столкнулся с дефицитом корма для скота и птицы.
Производителям же других агрокультур остается только надеяться на программу государственной помощи: в июле Белый дом потратит на нее 12 миллиардов долларов. Притом что дефицит госбюджета США достиг рекордных уровней.
Впрочем, из-за того, что конгресс США не принял федеральный бюджет на следующий год, отказавшись утвердить финансирование строительства стены вдоль американо-мексиканской границы, все правительственные расходы оказались заморожены на неопределенный срок. Включая помощь фермерам.
Восток — дело тонкое
Понятно, что от торговых войн страдают не только США. Негативные последствия этих споров начинают проявляться и в экономике Китая. По оценкам Академии общественных наук КНР, в 2018 году рост китайского ВВП составит 6,6% против 6,9% в 2017-м. А в нынешнем году замедлится до 6,3%.
Это грозит снижением мировых цен на сырьевые товары, главным покупателем которых сегодня выступает Пекин, — от энергоносителей до сельхозпродукции. В результате проблемы могут возникнуть у многих развивающихся стран, поставляющих сырье в Китай.
В декабре наметился еще один потенциальный источник глобального кризиса: бюджет Саудовской Аравии на 2019 год сверстан с дефицитом в 35 миллиардов долларов, то есть 4,2% ВВП. Что, между прочим, вдвое больше бюджетного дефицита Италии, которую считают главной угрозой финансовой стабильности Евросоюза.
При этом саудиты заложили в расчеты стоимость нефти в 80 долларов за баррель. А чтобы сбалансировать бюджет, королевству нужна средняя цена черного золота в 95 долларов за баррель в новом году.
Опасность заключается в том, что Саудовская Аравия наряду с Китаем — крупнейшие держатели американского госдолга. Столкнувшись с экономическими и бюджетными проблемами, обе страны просто вынуждены будут распродавать гособлигации США. Это почти неизбежно спровоцирует массовое бегство инвесторов из американского госдолга. Следствием чего станут обвальное падение рыночной стоимости трежерис и "дыры" в балансах банков, активно скупавших американские долговые бумаги в последние месяцы.
После этого останется только ждать, какой из банков повторит судьбу Lehman Brothers, чье банкротство стало триггером острой фазы глобального кризиса в 2008 году.
