Экономистам вроде меня постоянно задают множество вопросов, ответы на которые помогли бы фирмам, частным лицам и учреждениям сделать выбор в таких областях, как инвестиции, образование и рабочие места, а также пролить свет на то, чего можно ожидать в области политики. В большинстве случаев определенного ответа нет. Но, располагая достаточной информацией, можно подметить тенденции в отношении экономики, рынков, технологий – и сделать разумные предположения.
В развитом мире 2017 год, вероятно, будут вспоминать как период резкого контраста, когда экономика многих стран ускоренно росла, но вместе с тем усиливались и политическая фрагментация, поляризация и напряженность как внутри стран, так и в мире. В долгосрочной перспективе маловероятно, что экономические показатели будут невосприимчивы к центробежным политическим и социальным силам. Тем не менее до сих пор рынки и экономики отмахивались от политического хаоса, и риск заметного спада в краткосрочной перспективе кажется относительно небольшим.
Единственным исключением является Великобритания, которой теперь предстоит процедура Брексита – неприятная и приводящая к обострению противоречий. На другом конце Европы, в Германии, канцлер Ангела Меркель, в значительной степени утратившая влияние, пытается создать коалиционное правительство. И то, и другое плохо как для Великобритании, так и для остальной Европы, которой крайне необходимо сотрудничество Франции и Германии в области реформирования Европейского Союза.
Одно из потенциальных потрясений, которому уделялось большое внимание, связано с ужесточением денежно-кредитной политики. Ввиду улучшения экономических показателей в развитом мире постепенное прекращение агрессивной актуарной денежно-кредитной политики, по-видимому, не может стать серьезным препятствием или потрясением для ценностей активов. Возможно, долгожданное сближение экономических основ на более высоком уровне для подтверждения рыночных оценок уже не за горами.
В Азии позиции председателя КНР Си Цзиньпина сильны как никогда, и это говорит о том, что можно ожидать эффективного управления дисбалансами и роста, основанного на потреблении и инновациях. Индия также, похоже, намерена поддерживать свой рост и динамику реформ. В других странах, как в регионе, так и за его пределами, экономика также будет расти.
Что до технологий, особенно цифровых технологий, здесь, похоже, еще долго будут доминировать Китай и Соединенные Штаты, поскольку они продолжают финансировать фундаментальные исследования, получая большие выгоды при коммерциализации инноваций. В этих двух странах базируются и основные платформы для экономического и социального взаимодействия, извлекающие выгоду из сетевых эффектов, ликвидации информационных пробелов и, – что, возможно, важнее всего, – возможностей искусственного интеллекта и приложений, использующих и генерирующих огромные массивы ценных данных.
Такие платформы не просто выгодны сами по себе; они также порождают множество возможностей для новых бизнес-моделей, работающих в них и вокруг них, например в рекламе, логистике и финансах. С учетом этого, экономики, у которых отсутствуют такие платформы, например ЕС, находятся в невыгодном положении. Даже в Латинской Америке есть большой инновационный местный игрок в сфере электронной коммерции (Mercado Libre) и цифровая платежная система (Mercado Pago).
В области мобильных систем онлайн-платежей лидирует Китай. Поскольку значительная часть населения страны перешла непосредственно от наличных к мобильным онлайн-платежам, – минуя чеки и кредитные карты, – платежные системы Китая надежны.
Во время прошедшего недавно Дня холостяков, ежегодного фестиваля потребления, ориентированного на молодежь и превратившегося в крупнейшую ярмарку в мире, ведущая онлайн-платежная платформа Китая, Alipay, обрабатывала до 256 000 платежей в секунду, используя мощную архитектуру облачных вычислений. Впечатляет и постоянно расширяющийся ассортимент финансовых услуг на платформе Alipay – от кредитных оценок до управления активами и страхования – а ее экспансия в другие азиатские страны посредством партнерских отношений уже идет полным ходом.
В ближайшие годы развитые и развивающиеся страны должны будут также очень постараться перейти к более инклюзивным моделям роста. В этом отношении я прогнозирую, что в качестве «двигателей прогресса» национальные правительства могут уступить место бизнесу, региональным властям, профсоюзам, образовательным и некоммерческим организациям, особенно в местах, где сильна политическая фрагментация и негативное отношение к политическому истеблишменту.
А фрагментация эта, вероятно, будет усиливаться. Автоматизация неизбежно закрепит и даже ускорит изменения со стороны спроса на рынках труда, в областях от производства и логистики до медицины и права, в то время как реакция со стороны предложения будет намного медленнее. В результате, даже если работники получат больше поддержки во время структурных преобразований (в форме поддержания уровня доходов и возможностей переподготовки), диспропорции на рынке труда, вероятно, возрастут, что приведет к обострению неравенства и дальнейшей политической и социальной поляризации.
Тем не менее есть основания для осторожного оптимизма. Во-первых, в развитых и развивающихся странах по-прежнему существует широкий консенсус по поводу того, что желательно сохранить относительно открытую глобальную экономику.
Примечательным исключением является США, хотя на данный момент неясно, действительно ли администрация президента Дональда Трампа собирается отказаться от международного сотрудничества или просто занимает позицию для пересмотра его условий в более благоприятную для США сторону. Что кажется несомненным, по крайней мере пока, так это то, что на США не стоит рассчитывать как на главного спонсора и архитектора основанной на правилах развивающейся глобальной системы справедливого управления взаимозависимостью.
Ситуация аналогична и в отношении смягчения последствий изменения климата. США теперь единственная страна, не связанная Парижским соглашением по климату, которое удержалось, несмотря на отказ от него администрации Трампа. Даже в самих США отдельные города, штаты и предприятия, а также целый ряд организаций гражданского общества заявили о твердой приверженности соблюдению обязательств Америки по климату – при участии федерального правительства или без него.
Тем не менее миру предстоит долгий путь, поскольку его зависимость от угля остается высокой. The Financial Times сообщает, что пик спроса на уголь в Индии наступит через десять лет, а до этого будет наблюдаться умеренный рост. Несмотря на возможность изменения этого сценария в благоприятную сторону, в зависимости от того, как быстро будет падать себестоимость «зеленой» энергии, миру все еще далеко до снижения выбросов углекислого газа.
Все это говорит о том, что мировая экономика столкнется с серьезными проблемами в предстоящие месяцы и годы. А на заднем плане маячат огромные долги, которые приводят к нервозности на рынках и усиливают уязвимость системы в отношении дестабилизирующих потрясений. Однако базовый сценарий в краткосрочной перспективе – по-видимому, продолжение существующих тенденций. Экономическая мощь и влияние будут продолжать перемещаться с запада на восток, без каких-либо внезапных изменений в структуре рабочих мест, доходов, политической и социальной поляризации, прежде всего в развитых странах, и без явных катаклизмов на горизонте.
Майкл Спенс
