12-13 октября в Токио прошла очередная ежегодная встреча Международного валютного фонда и Всемирного банка. Такие встречи - достаточно рутинные мероприятия, но в этом году были, по крайней мере, две причины, по которым токийская встреча не может не вызвать пристальный интерес.
Во-первых, в словах выступавших не чувствовалось обычного «сдержанного оптимизма». Перспективы мировой экономики на следующий год были оценены как весьма «невеселые», причём особенно выделялись два фактора.
Фактор первый – долговой кризис в странах Европейского союза. Всем ясно, что ужесточение «финансовой дисциплины» в ЕС (с целью сокращения государственного долга) неизбежно приведет к полной остановке экономического роста, увеличению безработицы, иным негативным социальным последствиям в еврозоне.
Фактор второй – возможное ухудшение экономической ситуации в США вследствие введения в 2013 году правительством специальных финансовых мер, которые получили название «fiscal cliff». (1) Эти меры предусматривают сокращение бюджетного финансирования многих государственных программ, начиная от обороны и кончая здравоохранением. Одновременно предусматривается повышение налогового бремени на компании и граждан.
Такие вести из Токио не могут не отразиться негативно на «ожиданиях» участников финансовых и товарных рынков, а также предпринимателей, принимающих решения в области инвестиций. Если раньше «вербальные интервенции» руководителей МВФ и ВБ работали на «повышение», то в этот раз они сработали на «понижение».
Во-вторых, насторожила одна фраза из выступления директора МВФ Кристин Лагард: «В условиях отсутствия роста будущее мировой экономики в опасности, и, возможно, наиболее серьезной проблемой будет громадное наследие государственного долга, который в настоящее время составляет в среднем 110 процентов (по отношению к ВВП – В.К.) экономически развитых стран, что вполне соответствует уровню военного времени (выделено мною. – В.К.)». Мадам Лагард как бы старалась внушить, что мирное время либо уже закончилось, либо близко к окончанию. Что завтра то ли может, то ли должна начаться большая война... А ведь для чиновников такого высокого уровня, как директор МВФ, фразы, выходящие за рамки «профессиональных полномочий», крайне редки.
Что стоит за словами Кристин Лагард?
Версия первая: оговорка по Фрейду. (2) Мадам Лагард, находясь в очень напряженной атмосфере токийской встречи, действительно могла думать о войне. Атмосфера встречи в Токио была наэлектризована. Беспрецедентный случай: Китай резко сократил свое присутствие на встрече в Токио по причине территориального спора между ним и Японией за острова в Восточно-Китайском море (многие ведущие государственные банки Китая не прислали своих людей на встречу). После заявления японцев о национализации ими трех из пяти островов Сенкаку (Дяоюйдао) Китай включил рычаги экономического давления на Японию. Китайские фирмы заморозили сотрудничество с японскими партнерами, резко снизились продажи японских товаров в КНР, оказались невостребованными японские автомобили. Поставлены под угрозу результаты многолетней работы по созданию зоны свободной торговли с участием Китая, Японии и Южной Кореи. Бойкот китайскими банками саммита МВФ и Всемирного банка в Токио - первый случай такого рода.
Версия вторая: мадам Лагард была уполномочена мировой финансовой элитой довести до сведения всех «посвященных», что мир вступает в эпоху глобальной войны. Иначе говоря, мы имеем дело с плановой утечкой информации. Возможно, директор МВФ даже сознательно усугубила картину состояния глобальной экономики, провоцируя мир к войне. Так, Кристин Лагард сказала, что государственный долг экономически развитых стран составил 110% по отношению к их ВВП. Откуда мадам взяла такие цифры? На конец 2011 года в США этот показатель был равен 100%, а в странах Европейского союза – 87,2%. Это данные из официальных статистических сборников МВФ. По некоторым оценкам, к концу нынешнего года государственные долги США и ЕС могут достичь значений 104 и 90 процентов соответственно. Конечно, это очень много, но все-таки заметно меньше тех 110 процентов.
Словом, мне лично более вероятной кажется вторая версия.
Банкиры – главные инициаторы и бенефициары войн
О том, что войны выгодны крупному капиталу, известно каждому. И тут дело не только в прибылях и сверхприбылях компаний, поставляющих оружие, военную технику, боеприпасы и т.п. Интересы компаний военно-промышленного комплекса - лишь «верхняя часть айсберга».
Иногда, вспоминая Ленина, говорят, что войны развязываются капиталистами для того, чтобы осуществить раздел и передел мировых рынков и источников сырья. Этот мотив развязывания войн актуален и поныне. Яркий пример – тлеющий огонь войны на Ближнем и Среднем Востоке вокруг гигантских запасов «черного золота». Однако и это не вся правда о войнах.
Основные «дивиденды» от войн всегда получали и получают банкиры. В условиях подготовки и ведения войн резко возрастает спрос на кредиты, деньги становятся дорогими. Воюющие стороны готовы идти на любые условия ростовщиков, лишь бы получить деньги и с их помощью вырвать победу в войне. В условиях войн банки нередко кредитуют правительства обеих воюющих сторон. При этом делают все возможное, чтобы «военное равновесие» сохранялось как можно дольше, чтобы можно было оказать воющим правительствам как можно больше «финансовых услуг». (3)
Сложившаяся на сегодняшний день в банковском секторе мировой экономики ситуация может быть охарактеризована одной фразой: кризисная. При этом речь идет не только и не столько об опасности массовых банкротств банков. Речь идет, прежде всего, о том, что банки перестали зарабатывать на кредитных операциях. В результате интенсивной работы «печатных станков» (прежде всего ФРС США и ЕЦБ) в мире образовалось целое море денег, кредиты стали очень дешевыми, почти бесплатными. Об этом красноречиво свидетельствуют учетные ставки ведущих центральных банков мира, которые приближаются к нулевой отметке. В Японии учетные ставки центрального банка на отметке, близкой к нулю, находятся уже более десятилетия. Банковско-кредитная система, которая выстраивалась ростовщиками на протяжении многих веков, к началу XXI века полностью исчерпала свой ресурс.
Сегодня весь так называемый эффективный банковский бизнес сосредоточился в небольшой группе гигантских банков, которые приближены к печатному станку ФРС США. Это банки типа Голдман Сакс, Сити, Джи-Пи Морган, Бэрклайз, Дойче банк и т.п. Они продолжают огребать каждый год миллиардные прибыли. Однако это преимущественно не проценты по кредитам, а доходы от инвестиционных операций. Проще говоря, доходы от покупки всевозможных активов в разных частях мира. Но для того, чтобы зарабатывать на инвестициях, банкам нужны активы. Предложение активов обеспечивается за счет постоянно проводимых в разных частях мира приватизаций государственной собственности. Одна из главных целей так называемой «глобализации» в том и состоит, чтобы поставить под контроль мировой финансовой элиты все природные и рукотворные богатства человечества – недра, землю, промышленные предприятия, транспортную и иную экономическую инфраструктуру и т.п.
В настоящее время у инвестиционных банков, приближенных к ФРС, возникают проблемы. Аппетиты инвестиционных банков разжигаются такими мерами, как «количественные смягчения», о которых в сентябре 2012 года объявили ФРС и ЕЦБ (увеличение денежной эмиссии за счет скупки государственных долговых бумаг). В то же время эти аппетиты не могут быть в полной мере удовлетворены из-за противодействия многих стран, не желающих продолжать процесс демонтажа государственного сектора экономики. Под сурдинку долгового кризиса в ЕС мировая финансовая элита попыталась уничтожить государственную экономическую и социальную инфраструктуру в Греции, Испании, ряде других стран, но натолкнулась на сопротивление народа. В других районах мира – та же ситуация.
Отсюда понятно, почему мир банкиров заинтересован в войне. Причем именно - в большой войне. Та часть банкиров, которые работают на рынке кредитов, желает с помощью войны реанимировать спрос на деньги со стороны противоборствующих сторон. Та часть банкиров, которые из ростовщиков превратились в «инвесторов», желают с помощью военной силы получить доступ к активам, которые еще находятся в собственности национальных государств.
Когда-то в советских учебниках писали, что современный капитализм – это государственно-монополистический капитализм, результат сращивания государства и монополий. В условиях XXI века мы имеем дело уже с новой формой капитализма - военно-банковским капитализмом. Это – симбиоз государственной военной силы и крупнейших мировых банков. Способ существования и выживания военно-банковского капитализма – перманентная мировая война.
________________________
(1) «fiscal cliff» - дословно переводится как «фискальный утес». Видимо, данный неофициальный термин появился в результате графического изображения планируемых изменений в доходной и расходной частях федерального бюджета США. Две кривые графика напоминают изображение горы или утеса.
(2) «Оговорка по Фрейду» - обиходное название обмолвки, частный случай явления, описанного З. Фрейдом в исследовании «Психопатология повседневной жизни» (1901). Фрейд считал, что с виду незначительные и бессмысленные ошибочные действия служат реализации бессознательных желаний.
(3) См. подробно: В.Ю. Катасонов. О проценте: ссудном, подсудном, безрассудном. Хрестоматия современных проблем «денежной цивилизации». Книга 2. – М.: НИИ школьных технологий, 2011 (Глава 30. «Денежная цивилизация»: угроза существованию человечества).
